Лелея Хуа Чжи. Том 1 - Кун Лю

– Отправь Шаояо в поместье семьи Хуа, пусть прихватит с собой побольше лекарств.

– Слушаюсь.

* * *

Дождь неизвестно когда, но все же прекратился. На горизонте забрезжил рассвет.

У ворот усадьбы остановилась повозка. Няньцю и У Да разделились и отправились одна – в городскую усадьбу, другой – за лекарем.

В покоях госпожи Фудун в очередной раз сменила той тряпочку на лбу и, пощупав шею, радостно воскликнула:

– Кажется, жар немного спал! Баося, потрогай-ка ты.

Баося тут же протянула руку, и лицо ее тоже засияло от радости.

– Точно, спал!

Обе вздохнули с облегчением: у барышни не было сильного жара, температура лишь немного превышала обычную. Все было гораздо лучше, нежели они опасались.

– И правда хорошее лекарство. Наверное, и те двое поправятся.

Баося решила отдать один флакон с лекарством Люцзы и Саньэру. За годы службы она хорошо изучила характер барышни: как бы ни было жаль, но им пришлось поделиться снадобьем, ведь эти парни пострадали за семью Хуа.

Барышня очень заботлива, она защищает даже свою прислугу, чья жизнь много не стоит.

Жаль только, что лекарства оказалось маловато, если экономить, раза на три только и хватит. Если бы можно было все же оставить тот флакон…

Баося закусила губу, отгоняя эту мысль.

– Сестрица Баося, там пришли, просят принять, – вбежала Лю Сян. – Девушка, в шляпе с вуалью. Говорит, что по поручению прибыла лечить нашу барышню.

Баося нахмурилась. Барышня редко выходила в свет, мало общалась даже со своими сестрами, не то что с посторонними девушками. К тому же все случилось только прошлой ночью, и их хозяйка велела всем держать язык за зубами. Никто не должен был прознать о нападении.

Но она говорит, что ее прислали лечить барышню…

Баося посмотрела на госпожу, которая спала беспробудным сном, затем поднялась и сказала:

– Я схожу посмотрю, а ты оставайся здесь, присматривай за барышней.

– Слушаюсь.

Постоянно подменяя свою госпожу в деловых прогулках по дворам, Баося лучше всех научилась запоминать различных людей, потому могла с уверенностью сказать, что эту женщину она никогда раньше не видела, даже еще не встретившись с ней лицом к лицу.

Сделав поклон, Баося с достоинством, не заискивая, произнесла:

– Осмелюсь спросить вас, госпожа, не могли бы вы поведать, кто вас прислал сюда?

Девушка отодвинула вуаль, открыв свое лицо, исполосованное пересекающимися друг с другом шрамами. Заметив, что Баося хоть и испугалась, но не выказала отвращения, та удовлетворенно кивнула и показала лежавший у нее на ладони фарфоровый пузырек.

Баося сразу все поняла и, расплывшись в улыбке, стала приглашать девушку войти в покои:

– Это лекарство и впрямь весьма хорошо действует. Я как раз все беспокоилась, что же нам делать, когда оно закончится. А теперь благодаря еще одному бутыльку наша барышня будет меньше страдать от боли.

Госпожа не стала поддерживать разговор, однако настроение ее все же немного смягчилось: раз служанка так заботится о своей барышне, значит, и она сама, надо полагать, не должна оказаться слишком неприятной особой.

Учуяв в комнате легкий аромат вина, девушка приподняла бровь, проверила пульс и, тщательно осмотрев раны, наконец заговорила:

– Промывали их алкоголем?

Несмотря на такую ее внешность, голос девушки звучал очень живо и не столь отстраненно, как ее манера держаться.

– Барышня перед тем, как лишиться чувств, велела промыть их таким образом. А разве это не правильно?

– Все хорошо.

Если бы не такая решимость этой барышни, то у нее уже давно начался бы жар. Трудно представить, что такая, казалось бы, нежная и слабая девушка может проявлять такую жесткость по отношению к себе. Неудивительно, что наследник относится к ней с уважением.

Снова сменив лекарство, девушка-врачевательница достала из своего сундучка два флакона, поставила их на столик и выписала рецепт. При виде всего этого Баося, тщательно подбирая слова, принялась просить кое-какое лекарство:

– Наша барышня все-таки девушка, оставлять на ее теле шрамы – это нехорошо. Не знаю, нет ли у вас, госпожа, снадобья, которое их уберет…

Внезапно вспомнив, что у стоящей перед ней девушки все лицо было шрамами покрыто, Баося, боясь задеть ту за больное место и тем самым вызвать ее недовольство, поспешно добавила:

– Я ничего такого не имела в виду, просто… Просто я с детства прислуживаю барышне, так что мне тяжело видеть, даже как ее комар кусает. А сейчас она так сильно ранена. По большей части она пострадала, защищая нас. Если у нее останутся эти шрамы, я…

Глаза Баося, и без того опухшие, снова покраснели от подступивших слез. Она вся выглядела так жалобно. Девушка пристальнее поглядела на нее:

– Есть. Но не сейчас.

Это… что значит? Было, но сейчас уже закончилось? Или так-то оно есть, но вот именно сейчас его нет, а позже вновь появится?

Баося захлопала глазами, надеясь, что женщина добавит еще хоть слово.

Та взвалила на спину свой сундучок с лекарствами и направилась к выходу:

– Через два дня я приду к вам снова.

Баося обрадовалась и побежала за ней:

– Могу ли я узнать, как к вам следует обращаться? Когда барышня очнется, она обязательно меня об этом спросит. Прошу вас, оставьте свое имя.

– Шаояо.

– Слушаюсь. Благодарю вас, госпожа Шаояо. – Баося, улыбаясь, шла с ней рядышком, сбоку, и все не переставала говорить. – Могу ли я узнать, госпожа Шаояо, где вы живете? Удобно ли вам сюда добираться?

– Удобно.

– Не могли бы вы сказать мне, на что в плане лечения нашей госпожи следует обратить внимание?

– Пусть все остается так, как сейчас.

– Слушаюсь, тогда я могу быть спокойна. Осмелюсь задать еще вопрос: госпожа Шаояо, вы раньше встречались с нашей барышней?

– Нет. – Сквозь вуаль глядя на эту служанку, которая самыми разными способами, но тем не менее не переходя черту, пыталась разузнать о ней, Шаояо даже захотелось тут задержаться. Произошло такое громкое дело, а информация никуда в итоге не просочилась, служанки ведут себя уместно, везде проявляют заботу о своей госпоже. Чэнь Цин еще ведь рассказывал, что, дабы отвлечь внимание Цинь Чжэна, прошлой ночью одна служанка даже вся разделась, вознамерившись того соблазнить.

Ей было очень любопытно, что это за госпожа такая, раз служанки ради нее готовы на подобное. Она повидала много слуг, встречала и тех, кто искренне заботился о своих хозяевах, но то были лишь единицы. А у старшей дочери семьи Хуа все слуги были преданы ей до такой степени. Должно быть, в