Побег - Евгений Аверьянов

Ночь опускалась на горы, а у меня появилась новая задача, и я почти скучал по дыре в дирижабле.

Я какое-то время сидел на камне и смотрел на склон, а смотреть было на что: камни, камни, ещё камни, узкие тропки, которые нормальный человек тропками бы не назвал, обрывы, расщелины и козлы. Последних сейчас не было видно, но их присутствие ощущалось буквально везде. Следы, сбитый мох, обгрызенные кустики, шерсть на острых краях скал. Будто эти рогатые твари не просто жили в горах, а подписали с ними договор о защите от хищников.

Я поднялся и пошёл вдоль края площадки, внимательно осматривая местность. Горцы за мной не пошли. Они честно выполняли свою часть соглашения: наблюдали и не вмешивались. Причём наблюдали с таким видом, будто я был не человеком, а новым видом забавного, но не слишком умного зверька.

Кристина и Аркадий держались рядом. Первый день поисков вымотал всех, но сидеть и ждать, пока проблема решится сама, было бессмысленно. У проблемы были рога, копыта и выдающиеся способности к побегу.

— Барсик, — мысленно позвал я. — Ты можешь обнаружить тропы, по которым эти козлы чаще всего ходят?

Питомец лежал на плоском камне чуть выше и изображал полное равнодушие к происходящему. Однако уши повернулись в мою сторону сразу.

«Так вон к водопою.»

Я остановился.

— В смысле, к какому водопою?

Барсик лениво поднялся, потянулся, словно делал мне великое одолжение, и пошёл вдоль склона. Пришлось идти следом. Через пару сотен метров камни разошлись, и я увидел ручей: узкий, спрятанный между скалами, с холодной водой, которая стекала сверху, исчезала в расщелине и дальше уходила куда-то вниз. Место было неудобным. К воде вели всего несколько подходов: пара узких полок, короткий спуск между камнями и небольшой проход с другой стороны. Я присел, провёл пальцами по влажной земле и увидел следы копыт.

— Почему ты раньше не сказал? — спросил я мысленно.

«Ты раньше не спрашивал.»

— Барсик.

«Что? Я не обязан рассказывать тебе обо всех лужах в горах.»

Я глубоко вдохнул. Спорить с ним было бесполезно, особенно когда он формально прав.

Кристина подошла ближе и тоже посмотрела на ручей.

— Думаешь они сюда приходят?

— Судя по следам, да. И, как утверждает наш главный специалист по козлам, пользуются почти всеми подходами.

Барсик довольно фыркнул.

«Наконец-то признал мою важность.»

Я огляделся внимательнее. Один из подходов к воде шёл мимо небольшого каменного кармана. Это не было пещерой, скорее выемкой в скале: с трёх сторон камень, внутри сухо, пол неровный, но достаточно широкий, чтобы туда зашёл козёл. Или два, если очень постараются. И самое главное, что выход оттуда был только один. Я несколько секунд молча смотрел на это место, и в голове постепенно начала складываться схема.

— Вот сюда бы их заманить, — сказал я вслух.

Аркадий осторожно заглянул в каменный карман.

— Само животное туда не полезет. Зачем ему? У воды оно напьётся и уйдёт обратно на склон.

— Значит, нужно дать причину зайти.

Кристина, которая стояла у следов и рассматривала сбитый край травы, подняла голову.

— Горные животные любят соль. Я не знаю, насколько сильно именно эти, но если рядом с водопоем положить соль, они могут заинтересоваться. Особенно если насыпать её не на тропе, а внутри этой выемки. После воды заметят запах, зайдут, а дальше останется только закрыть выход.

Я посмотрел на каменный карман ещё раз.

— Закрыть выход — это как раз решаемо.

Я вернулся к горцам и объяснил идею. Точнее, объяснил Радану. Лер стоял рядом, сложив руки на груди, и смотрел на меня с выражением человека, который заранее не верит ни одному слову, но надеется, что неудача получится достаточно зрелищной.

— Водопой ваш, — сказал я. — Следы там есть. Если заманить козлов в каменный карман солью и закрыть выход, их можно будет взять живыми.

Радан посмотрел в сторону ручья, потом на меня.

— Хорошо придумал.

Я даже немного удивился.

— Но помогать вы не будете?

— Это твой долг. — кивнул он.

— Я уже понял. Просто уточнил, вдруг в традициях есть пункт о разумной помощи человеку, который пытается вернуть ущерб.

Седобородый спокойно покачал головой.

— Мы будем смотреть. Если зверь попадёт в ловушку и ты сможешь вывести его живым, договор будет исполненым.

Лер тут же добавил:

— Если сломаешь ему ноги, свернёшь шею или загонишь так, что он сдохнет от страха, это будет мясо, а не козёл. Мясо долг не закрывает.

Барсик заинтересованно поднял голову.

«Мясо долг не закрывает, но вечер улучшает.»

— Тебя никто не спрашивал.

«Меня редко спрашивают, но я всё равно участвую.»

Я вернулся к ручью уже с понятной задачей. Нужно было сделать такую решётку, чтобы быстро упала, перекрыла выход и выдержала первые удары рогатых пленников. При этом животные не должны были переломать себе ноги или свернуть шею.

Материал нашёлся вокруг. Сухие ветки, несколько тонких стволиков, жёсткий кустарник, ремни, обрывки верёвок, пара запасных ремешков из моего снаряжения и моток тонкой, но прочной верёвки, который Аркадий вытащил из рюкзака с видом человека, заранее прощающегося с имуществом.

Мы принялись за работу. Горцы стояли неподалёку и наблюдали. Никто нам не помогал даже советом. Радан только иногда смотрел так, будто мысленно отмечал ошибки, но вслух ничего не говорил. Лер же явно надеялся, что решётка развалится ещё до появления козлов.

Я выбрал четыре основные жерди, связал их поперечинами, потом добавил более тонкие ветки между ними. Получалось нечто среднее между дверью, забором и очень грубой клеткой. Нижние концы я заточил ножом, чтобы при падении они вошли в тот тонкий слой земли и влажного песка, который был у выхода из каменного кармана. Глубоко не войдут, конечно, но хотя бы зацепятся и не дадут решётке сразу отскочить.

Аркадий помогал молча. После первых десяти минут он перестал ворчать, потому что понял: работа настоящая: нужно держать, связывать, подтягивать, проверять углы. Кристина резала полосы ткани и ремешки, потом подавала мне. Несколько раз она молча поправляла узлы, и я делал вид, что именно так и планировал.

Через два часа решётка стала похожа на вещь, у которой есть шанс выполнить свою задачу. Я закрепил её над выходом, используя выступ скалы и два вбитых между камнями кола. Получилось что-то вроде подвешенной заслонки. Пока её удерживала верёвка, перекинутая через каменный зуб. Если дёрнуть за свободный