Абиссинец 1889. Том 3 - Сергей Насоновский

— Албазов, бери двоих. По дну протоки уходите вправо. Попробуйте выйти стрелку во фланг, а лучше в тыл.

Со стороны леса больше не стреляли. Неизвестный выжидал или уже отходил.

Прошло долгих десять минут. Движения на гребне никто не заметил. Стало так тихо, казалось даже птицы смолкли.

Грянул новый выстрел, но теперь била уже другая винтовка. Почти сразу из чащи донесся треск веток, затем над лесом разнеслась забористая ругань на двух языках.

— Ах ты ж гнида, лежи смирно!

— Bloody hell! Get your hands off me, you savage!

— Не стрелять! — приказал Овсянников, приподнимаясь над укрытием. — Эй, в лесу! Кто такие? Назовитесь, или откроем огонь!

— Не стреляйте, братцы! Свои!

— Выходите медленно, по одному! Оружие держать в вытянутых руках, стволами вниз!

— Нас двое! И с нами пленный стрелок.

— Пленного вести впереди, между собой. Руки на виду держать! — скомандовал атаман.

Кусты зашевелились. Из них вышел человек в длинном темном плаще, которого вели под руки. Правый рукав потемнел от крови, рука висела плетью вдоль тела.

Его конвоиры походили на промысловиков, несколько недель не выбиравшихся из тайги: заросшие щетиной лица искусаны гнусом, выцветшая одежда покрыта грязью. Но снаряжение подогнано безупречно, оружие ухожено. У младшего в руках была тяжелая незнакомая винтовка.

— Отставить, хорунжий. Я достаю документы, не пальните ненароком, — произнес один из бородатых.

Он свободной рукой расстегнул отворот парусиновой куртки и достал бумаги.

Овсянников поднялся, не опуская револьвера, направился к незнакомцу. Ознакомившись с документом, убрал оружие в кобуру и отдал честь.

— Здравия желаю, ваше высокоблагородие! Хорунжий Овсянников.

— Шлыков Дмитрий Егорович, — негромко представился незнакомец, забирая предписание. — Выполняю особые поручения. Суть задания разглашению не подлежит. Этой бумаги для вас достаточно?

— Так точно! — Овсянников кивнул на пленного, которого второй таежник крепко держал за ворот. — А это...

Стрелок был высоким, со светлыми, чуть рыжеватыми волосами и короткими усами.

— Один из тех стрелков, что держат в страхе изыскательские партии вдоль границы, — пояснил Шлыков. — Наша группа за ним две недели по тайге гонялась. Хитрый, зараза, и в этом деле ученый: шел по воде, каменистым руслам и старым звериным тропам. Засечь его было непросто. Сегодня он наблюдал за встречей у лодочного навеса, а потом пошел за вашим отрядом. В кустах стрелять не стал, дождался, пока вы выйдете на открытое место.

Шлыков окинул взглядом убитого Столярова, потом нас с Ли.

— Сначала застрелил связного, потому как тот провалился. Потом собрался убрать китайца как свидетеля. И убрал бы, не сориентируйся ваш казак вовремя. Вы нам хорошо помогли: удержали его на гребне и не дали спокойно отойти. Иначе могли снова упустить.

Албазов подошел ближе, не сводя глаз с винтовки в руках помощника Шлыкова.

— Ваше высокоблагородие, дозвольте взглянуть.

Шлыков кивнул. Его помощник разрядил винтовку и протянул ее десятнику. Албазов провел ладонью по вороненому стволу.

— Клейма аглицкие... Корона и буквы «V.R.». Энфилдская фабрика. Многозарядная, да и калибр-то какой мелкий!

— «Ли-Метфорд» образца тысяча восемьсот восемьдесят восьмого года, — пояснил Шлыков. — Новейшая английская армейская винтовка. На вооружение ее приняли в прошлом году. Пуля мелкого калибра, в мельхиоровой оболочке. Такие же извлекли из тел убитых инженеров.

Албазов тихо присвистнул.

— Так это что же, англичане у нас тут хозяйничают? — спросил Овсянников.

— Поспешных выводов делать не будем. По нашим сведениям, это Томас Уэллер, отставной сержант британской пехоты, служивший в Индии. Возможно, он всего лишь наемник. В Хабаровке разберутся.

Овсянников принялся отдавать распоряжения:

— Трофимов, тело Столярова доставить в станицу. Вещи изъять и описать. Китайца не развязывать, глаз с него не спускать. Англичанина поставить в середину колонны, охрану удвоить!

Я поднялся со дна протоки, придерживая сломанную руку.

— Глеб Маркелович, дозвольте встать в строй. С меня теперь подозрения сняты?

— Никак нет, Громов. Ты по-прежнему задержан, а вопросов стало только больше. В правлении разберемся.

До станицы дошли без новых происшествий. Навстречу высыпали люди, но Овсянников одним окриком разогнал любопытных и запретил приближаться к колонне. Англичанина под усиленным караулом заперли в пустом амбаре, вызвав Юдинцева осмотреть его рану. Ли поместили в холодную. Тело Столярова накрыли рогожей и унесли.

На крыльце станичного правления Шлыков остановился и кивнул конвойным на меня:

— Этого тоже ведите в кабинет.

Овсянников шагнул наперерез.

— Дмитрий Егорович, при всем уважении, Громов задержан и подозревается в государственной измене. Ему не место в кабинете.

— Именно поэтому он мне там и нужен.

Атаману пришлось уступить.

В кабинете Шлыков и его молчаливый помощник расположились за столом. Напротив сели Овсянников и Степан Анисимович. Меня усадили на табурет у стены.

— Итак, господа, — Шлыков обвел нас взглядом. — Все, что вы сейчас услышите, за порог кабинета выйти не должно. Человек, которого мы взяли на сопке, Томас Уэллер, подданный британской короны. И действует он в этих краях не один. Цель их группы — задержать или вовсе остановить строительство железной дороги. Сейчас они мешали изысканиям, отстреливая наших специалистов.

— Мы шли по следу Уэллера почти две недели и вышли на Столярова, связного в их сети. Сведения он получал от китайца Ли, а затем передавал дальше. Сам Столяров действовал в районе Лончаково и Козловской, возможно, охватывал и другие приграничные станицы. В этом еще предстоит разобраться.

Шлыков посмотрел на атамана:

— Глеб Маркелович, бумаги, изъятые у Громова и китайца, при вас?

— Так точно. — Овсянников достал из планшета сложенные листы. — Вот они.

— Разложите их на столе.

Помощник Шлыкова положил рядом записную книжку Столярова и выкопировку, найденную у него во внутреннем кармане. Сам Дмитрий Егорович достал из сумки штабную карту. Несколько минут он сверял линии, глубины и пометки, затем удовлетворенно кивнул.

— Как я и думал. Взгляните сюда, господа.

Овсянников и крестный подвинулись ближе.

— Вот подлинная инженерная выкопировка, которую нес Столяров, а рядом листы, переданные китайцем. Сравните. На ваших листах глубокий фарватер обозначен отмелью. У Кривой пади безопасный брод заменен ямой с водоворотом. Протоки перенесены, изгибы берега выдуманы. Такие сведения врагу не помогут, а скорее навредят. Громов передавал Ли заведомо ложные карты. — Шлыков выпрямился.

— Андрей раскусил китайца и решил через него выявить связного, подсовывая карты с ложными отметками. Столяров, видать, догадался, что его водят за нос. Тут и