Лелея Хуа Чжи. Том 1 - Кун Лю

– Да.

Супруги прошли в комнату. Почтенная госпожа помогла своему мужу снять чиновничьи одеяния и переодеться в удобные одежды, попутно в подробностях повествуя ему о событиях дня.

Чжу Бовэнь слушал ее очень внимательно, и его нахмуренные брови постепенно распрямлялись. Семьи Чжу и Хуа дружили поколениями: они все знали друг друга с детства, их отношения длились десятилетиями, что ни шло в сравнение с обычными связами между знатными домами. Брак их детей был заключен, когда родители увидели, что их чада питали чувства друг к другу. Когда его старого друга постигла беда, Чжу Бовэнь не то чтобы не хотел за него похлопотать, он просто не мог ничего сделать в этой ситуации.

Нынешний правитель обвинил семью Хуа в создании фракции и заговоре против нынешней власти. Если бы он решил объединиться с другими семьями и заступиться за него, это лишь подтвердило бы сие обвинение. Не то что семью Хуа не спасли бы, но и сами все до одного не сносили бы головы. Единственное, что Чжу Бовэнь мог сейчас сделать, – это наладить связи в северных землях, чтобы мужчины из рода Хуа там хоть чуточку меньше бедствовали.

А с остальным спешить не дозволялось. Надо было действовать постепенно.

Больше всего раньше он опасался, что внутри семьи Хуа начнутся распри, а это было вне его досягаемости. Теперь же, видимо, обстановка там стала куда лучше, нежели он предполагал. Только вот не ожидал он никак, что Чжи станет тем самым человеком, который примется за это дело.

Вспоминая ту немногословную, ничем не примечательную внучку, Чжу Бовэнь никак не мог связать ее с образом девушки, действующей решительно и властно, о которой рассказывала его почтенная супруга.

– Раз она посмела сказать подобное, значит, у нее есть на то основания. Пусть делает как считает нужным. Но есть кое-что, с чем ей, вероятно, голову тоже поломать придется.

– Что же это такое?

– Некоторое время назад я слышал разговоры о том, что почтенная госпожа рода Хуа рассылала приглашения тем, кто раньше преподавал в их академии клана. Откликнулись всего единицы.

– Бесчувственные, неблагодарные твари! – Почтенная госпожа от злости заскрипела зубами. – Семья Хуа к ним относилась ведь хорошо. Без покровительства друга в лице почтенного господина откуда у них было бы взяться такой громкой славе?

– Стремиться к удаче и избегать бед – это то, что присуще обычному человеку, такое поведение вполне нормально. Простых учителей семья Хуа, боюсь, и не примет. У меня же есть одна кандидатура для них. Хоть известности у него никакой и звания он не имеет, но знания у этого человека подлинные. Я уже послал своих людей пригласить его. А ты пошли кого-нибудь к Чжи-эр, передай, чтоб не волновалась.

Почтенная госпожа, немного поколебавшись, высказала супругу свое намерение:

– Я вот думаю, не съездить ли мне к ним самой? Пока своими глазами не увижу, что у них все хорошо, сердцу моему не видать покоя.

– Если соблюсти должную осторожность, то почему бы и нет. Она требовала лишь, чтобы женщины семьи Хуа перестали просить помощи у родни, но не говорила, что родня не сможет тайно оказывать им помощь и поддержку. Эту нашу внучку я, признаться, раньше недооценивал.

– Еще бы! Слушая Линь Шуан, я все время думала: не может быть, чтобы эта девушка была моей внучкой. – Почтенная госпожа с улыбкой покачала головой. – Такой характер «дал слово – держи» – интересно, и в кого это она пошла?

Чжу Бовэнь поправил воротник одежды и с ноткой раздражения в голосе произнес:

– Супруга старшего сына на этот раз сильно переборщила. Я еще не успел отойти в мир иной, так что не ей сейчас учить уму-разуму выданную замуж нашу дочь.

– Да и я сама виновата. Все думала, что женщинам в чужой семье нелегко живется. Раз уж такую, как Ся-эр, семья Хуа смогла как следует защитить, то я считала, почему же это в семье Чжу надо невесток держать в строгости. Только вот не учла, что не каждая выдержит такие послабления, как Ся-эр. Раз так, пусть теперь учит правила приличия, да как следует.

– Хорошо, что ты это осознала.

– Да, поняла, что к чему. – Почтенная госпожа вдруг снова улыбнулась. – Чжи-эр все продумала. Если бы она выбрала время, когда мы все были бы дома, и отправила бы Линь Шуан сюда рыдать, в покоях старшего сына, пожалуй, отныне не было бы тишины.

– Пусть наша невестка воспримет все это как должное, а не будет помнить о произошедшем для того, чтоб лишь обиды копить.

– Хорошо.

На следующий день Хуа Чжи рано утром отправилась в покои своей бабушки, чтобы вместе с ней позавтракать.

Аппетит у девушки всегда и так был неплохой, а теперь, когда дел прибавилось, расход энергии увеличился, так что есть она стала, естественно, больше обычного. Почтенная госпожа при виде нее тоже поела немного больше привычной ей порции.

Нянечка Су, подавая отвар для ополаскивания полости рта, улыбнулась:

– Вот бы старшая барышня почаще приходила сюда завтракать! Тогда и почтенная госпожа смогла бы есть побольше.

– Я бы с радостью, если только бабушка не возражает, что я столько съедаю, – беспомощно вздохнув, посетовала Хуа Чжи. – Служанок я своих совсем избаловала – все в рационе моем контролируют: что можно есть, что нельзя. А тут у бабушки так хорошо: лишь бы я ела с аппетитом, а что именно – уже не столь важно.

– Тогда уж лучше кушай у себя. Я вижу, твои служанки хорошо трудятся, знают, как о своей хозяйке заботиться.

Подшучивая над внучкой, почтенная госпожа мысленно перебрала все утренние блюда и, довольная, для себя отметила, что поскольку сама ныне была нездорова, то и в ее пище не могло быть никаких раздражителей[92], так что можно было не опасаться нечаянно нарушить рацион Чжи-эр.

Немного поболтав о том о сем, Хуа Чжи наконец заговорила о деле:

– Вчера я поинтересовалась и выяснила, что только один господин Му согласился продолжить преподавать в нашей академии клана. Я такой наивной оказалась.

Почтенная госпожа вздохнула:

– Я удивлена даже тем, что господин Му в итоге согласился. Думалось мне, совсем никто к нам не придет. Выходит, добро твоего дедушки все-таки не позабыли.

– Одного учителя будет слишком мало.

Тем более что это господин Му. У Хуа Чжи даже голова разболелась. Еще до того, как случилась беда, играя с дедушкой в вэйци, она слышала, как тот говорил, что господин Му