Доктор-попаданка. Без права лечить - ЮЭл

Глава 8

Карета тряслась так, будто вот-вот развалится на части. Колёса с глухим стуком налетали на камни, и каждый толчок отдавался в теле неприятной болью. Я сидела, упираясь плечом в жёсткую спинку, и ловила себя на том, что машинально подстраиваюсь под движение — иначе просто укачает.

Никто ничего не говорил, поэтому я просто украдкой наблюдала за женщинами, стараясь не стукнуться виском о стенку.

Та, что сидела ближе ко мне, была, видимо, моложе всех. Её выдавали глаза — живые, любопытные и эмоциональные. Она несколько раз открывала рот, будто собираясь что-то сказать, но каждый раз останавливалась. Пальцы нервно теребили край рукава, и я почти физически ощущала, как в ней борется желание задать вопрос и страх получить за это выговор.

Та, что сидела напротив неё, была её начальницей или наставницей. Стоило подопечной в очередной раз чуть наклониться ко мне, явно собираясь что-то спросить, как та бросала короткий, многозначительный взгляд.

Третья сидела напротив меня. В отличие от остальных, она вообще не обращала ни на что внимания. Откинулась назад, приоткрыла створку и смотрела наружу. В её позе не было ни напряжения, ни суеты. Только отстранённость и странная… усталость.

Лидер.

Я поняла это не сразу. Но чем дольше наблюдала, тем очевиднее становилось.

— Ты… — начала было младшая тихо, когда я перевела на неё взгляд. Но её остановили.

— Молчать.

Девушка тут же опустила глаза.

Я не вмешивалась. В чужой дом со своими правилами не ходят. В любой системе есть иерархия. И если ты хочешь выжить — сначала ты её изучаешь, а уже потом пытаешься в ней двигаться.

Я перевела взгляд к окну. Снаружи тянулся вечер. Дорога постепенно уходила от города — это было видно по тому, как редели дома и как тише становился окружающий мир.

Через какое-то время я перевела взгляд к окну, опёрлась локтем о край и выглянула наружу. Холодный воздух сразу ударил в лицо, вытягивая остатки напряжения.

Со спасшими, или похитившими меня — в этом ещё надо разобраться — мне уже было всё понятно.

Младшая — наблюдает и учится. Старшая — контролирует. Третья — принимает решения. Больше информации сейчас не получить. Осталось ждать.

Карета ехала долго. Настолько, что я перестала считать время. Мы свернули с основной дороги, проехали по узкой, едва различимой тропе, потом снова выехали на более ровную поверхность. И наконец остановились.

Я ступила на землю и огляделась. Передо мной стояло здание. Трёхэтажное, вытянутое, с несколькими пристройками, словно его достраивали постепенно, по мере необходимости.

Старшая обернулась к младшей.

— Проводи её, — сказала она. — В пристройку у леса. Затем возвращайся.

Та кивнула, без вопросов, и сразу направилась налево. В отличие от меня.

— Я, конечно, всё понимаю, — сказала я, не повышая голос, но достаточно отчётливо, чтобы меня услышали. — Но, может быть, мне кто-нибудь объяснит, что происходит?

Младшая уже открыла рот.

— Настоятельница, я…

— Чуть позже, — спокойно перебила её старшая, даже не повышая голоса. — После того как я закончу свои дела, мы обязательно встретимся и обсудим всё: и кто мы, и что происходит.

Она посмотрела прямо на меня.

— Сейчас главное — спрятать тебя от тех, кто может идти по твоим следам.

Я кивнула. Разумно. Логично. Обоснованно. Мне этого было достаточно. По крайней мере, пока.

Не задавая больше вопросов, я развернулась и пошла за младшей.

Мы обошли живую изгородь, прошли мимо небольшого сада — ухоженного, но без излишней декоративности. Потом — мимо огороженного участка, где паслись козы и несколько коров.

Когда мы приблизились к лесу, я увидела пристройку. Небольшую, неприметную, с покосившейся крышей и единственным маленьким окном, выходящим на дорогу. Идеальное место, чтобы кого-то спрятать.

Девушка открыла дверь и зашла внутрь. Я последовала за ней. Внутри было темно, но сухо. Запах — древесный, чуть пыльный, но не затхлый.

— Здесь… — она на секунду замялась, подбирая слова, — не слишком уютно, но безопасно.

Я огляделась. Кровать. Тумбочка. Кувшин с водой. Металлический таз. Небольшой шкаф. Стол и стул.

Минимум, но достаточно. Порой, после почти тридцатичасовых смен, я довольствовалась тем, что опускалась на пол и там же засыпала.

— В случае чего ты сможешь уйти в лес, — добавила она.

— Благодарю, — ответила я спокойно.

Я не видела смысла в лишних разговорах. Мне пообещали объяснения — значит, будут.

Она чуть помедлила, огляделась и представилась:

— Меня зовут Виола.

Отсутствие наблюдателя развязывает язык. Я решила поддержать девушку, открыла рот, чтобы представиться — и тут же закрыла его. Словно теперь уже за мной наблюдает наставница.

А всё потому, что я не знала, как представляться. Анна Власова или теперь уже Аделина Рейнгард.

Кто я из них теперь?

Не найдя ответа, решила сократить.

— Дель, — сказала я, протягивая руку.

Она посмотрела на неё. Потом на меня — и не ответила. Лишь кивнула.

— Я принесу ужин, — сказала она тихо. — Если настоятельница не даст других указаний.

И вышла.

Дверь закрылась, и я услышала щелчок. Подошла, дёрнула. Заперто.

— Великолепно, — пробормотала себе под нос.

Сначала меня закрывают в тюрьме. Потом освобождают, чтобы снова запереть.

Я прислонилась лбом к двери, потом отстранилась и медленно прошла вглубь комнаты.

Кровать тянула к себе почти физически, но сначала…

Я подошла к тазу, налила воду и помыла сначала руки — как полагается, до локтей, затем лицо и шею. Врачебные привычки. Даже если весь мир вокруг сходит с ума, я останусь верной себе.

Вытерев руки краем ткани, подошла к кровати. Пружины тихо скрипнули, когда я опустилась на неё. Тело внезапно стало тяжёлым. Усталость накатила резко, как волна. Я даже не успела лечь нормально. Просто опустилась на бок, закрывая глаза.

И в последний момент подумала: ну, эти хотя бы не пытаются убить. По крайней мере, пока.

А потом провалилась в сон.

От Автора: Драгоценные читатели, пока наша героиня позволяет себе небольшую передышку от того дурдома в котором она оказалась, я бы хотела познакомить вас с автором первой истории литмоба в рамках которого выходит книга

Юлия Зимина

"Иномирная акушерка ее величества"

https:// /shrt/iTCu

Я проснулась от того, что тело просто само вынырнуло из сна, без привычной тяжести. Сознание включилось сразу, чётко, будто кто-то одним движением поднял рубильник. И первое, что я почувствовала, — лёгкость. Ничего не болело. Спина не ныла, шея не тянула, виски не сдавливало усталостью, в груди не было ни тяжести, ни знакомого тупого покалывания, которое в последние годы стало почти фоном жизни. Я лежала