Путь пиона. Двадцать дней цветения - Ната Лакомка

Телохранители тут же выхватили по стреле и вскинули луки, натягивая тетиву, а И Чэнь снова метнул огненную змею хлыста вперёд. Искры на извивающейся плети потухли, и я разгадала замысел брата — он хотел поймать меня, чтобы не мешала нанести удар по врагу…

И Чэнь был одним из лучших заклинателей в стране. Он побеждал во всех состязаниях, и я знала, каким быстрым и точным он может быть. Брат мог одним ударом хлыста убить муху, севшую на лист бумаги, не порвав его.

Но в этот раз я совершенно неожиданно оказалась проворнее мухи.

Каким-то чудом мне удалось увернуться от извивающейся петли. Я отскочила назад и налетела спиной на Безумного Демона. Крепкая мужская рука обхватила меня за пояс — не давая упасть, удерживая, поддерживая… Впервые чужой мужчина вот так прикасался ко мне. И впервые я так близко чувствовала чужого мужчину. Всем телом. Всем сердцем.

— Не подходите! — резко приказала я телохранителям и брату, хватая демона за руку, чтобы не вздумал меня отпустить. — И не стреляйте! — продолжала я, начиная потихоньку отступать вдоль обрыва, чтобы укрыться в роще. — Если раните меня, то отец всех вас накажет!

— Шойо! Опомнись! — крикнул И Чэнь в бессильной ярости, но магический хлыст запустить побоялся.

Телохранители тоже опустили луки, не зная, как поступить.

— Стойте на месте, — велела я им. — Не смейте приближаться. Мне никто не угрожает…

Одна-единственная стрела вылетела из-под баньяновых ветвей, откуда-то со стороны. Острый наконечник со свистом разрезал воздух. Безумный Демон одним движением развернул меня лицом к обрыву, я успела увидеть серебристый блеск воды далеко-далеко внизу, а потом услышала, как железо втыкается в живую плоть.

Мужчина, державший меня так крепко, вздрогнул, но не произнёс ни звука. Только мы всё-таки потеряли равновесие и сделали шаг к обрыву. Всего один шаг, но камешки и песок под моими шёлковыми туфельками поползли вниз, земля просела под ногами, и в следующее мгновение я и Безумный Демон сорвались со скалы и полетели двумя камешками на дно ущелья.

Когда я открыла глаза, то первое, что увидела — цветок пиона в простой гладкой вазе из белого фарфора.

Цветок был тёмно-розовым, в глубине бутона отливал синевой, а самые края и тончайшие прожилки на кончиках лепестков были нежно-розовыми. Три цвета в одном цветке…

Мне вспомнились сказки, которые няня рассказывала нам с сестрой в детстве. В них храбрый герой преодолевал все трудности, побеждал всех чудовищ и демонов, спасал прекрасную принцессу, женился на ней, а потом они жили долго и счастливо, и у них в саду расцветали пионы, которые трижды за день меняли цвет.

Наверное, того, кто придумал эту сказку, вдохновили именно такие пионы. В которых сочетаются три цветовых оттенка.

Тонкая, изысканная красота.

И ещё я вспомнила старинное стихотворение, воспевающее красоту пиона:

Тот, кто поставил пион в простую вазу, знал это стихотворение. Или тонко чувствовал красоту. Или…

Тут я прекратила любоваться цветком и привстала, оглядываясь с беспокойством.

Последнее, что я помнила — как мы с Безумным Демоном летим в пропасть. Внизу блестит вода, перекатываясь по камням. Сверху раздаётся дикий крик И Чэня. Брат зовёт меня по имени. А потом — чернота и беспамятство.

Где же я теперь?..

Я лежала на постели, застланной простым шерстяным одеялом, и находилась в хижине из бамбука, которая была ещё меньше той горной хижины, в которой меня прятал брат.

Забавно, что каждое моё новое жилище меньше предыдущего. Так и задумаешься — где я проснусь в следующий раз. Может, в шкатулке для шпилек?

Поднявшись на ноги, я обнаружила, что подушка лежит поперёк — так, как я любила. Получается, это няня укладывала меня в постель… Но почему тогда не переодела?..

На мне было то же самое розовое шёлковое платье, в котором я падала в пропасть. Мои туфли стояли у порога. А на низком круглом столике, рядом с пионом в вазе, лежала шпилька, которой я заколола волосы, отправляясь в дорогу. Только гребня нигде не было.

Дверь в хижину была приоткрыта, и окно не закрывалось ставнем.

Теперь брат не прячет меня… Опасность миновала?..

Надев туфли, я вышла из хижины.

Солнце светило ярко, почти с полудня. И я остановилась, прищурившись против света и пытаясь сообразить — очнулась я в тот же день, когда упала, или это уже следующий день? И что тогда случилось с Безумным Демоном?..

Глаза привыкли к свету, но вместо того, чтобы отыскать брата или няню, я застыла на пороге хижины. Потому что я не только чудесным образом спаслась от падения на камни, но и перенеслась из весны в лето. Несколько дней назад в городе моего отца цвели персиковые деревья, объявляя приход весны, а сейчас я видела вокруг пионовый сад, и это означало, что пришло лето.

Неужели я провела в беспамятстве так долго? Почти три месяца?..

Ветер играл лепестками цветов и улетал к заснеженным вершинам, видневшимся вдалеке.

А что если я умерла и попала в небесную страну вечного бессмертия? Говорят, там всегда цветут пионы…

Небольшой дворик, огороженный плетнём, был выложен плоскими гладкими камнями. Сквозь камни пробивались тонкие травинки, несколько розовых лепестков, кружась, упали к моим ногам.

Тишина и спокойствие…

Так и бывает в царстве бессмертных…

Хотя, никто из ныне живущих не был там, чтобы узнать это наверняка.

За хижиной раздался плеск воды, и я, чуть помедлив, пошла туда.

Надо умыться, подобрать волосы… Даже если я попала на небеса, всё равно надо выглядеть достойно. Как и подобает дочери императора Му Вана.

Обойдя хижину, я оказалась во внутреннем дворе. Здесь не росли пионы, и ступеньки, выложенные из плоских широких камней, сбегали вниз, к небольшому водоёму, окруженному ивами. Вода была такой прозрачной, что виднелись разноцветные камешки на дне. И прекрасно был виден голый мужчина, сидевший по плечи в воде.

Я сразу же остановилась, но мужчина то ли услышал мои шаги, то ли почувствовал чужое присутствие — и оглянулся.

От движения воды колыхнулись ветки ивовых деревьев, а я узнала мужчину раньше, чем увидела его лицо.

Потому что солнце сверкнуло на красном камешке шпильки.

Это был Безумный Демон. А значит, я находилась не в царстве