Путь пиона. Двадцать дней цветения - Ната Лакомка

Я знала это. Прекрасно это помнила. Даже помнила страницу, на которой было записано правило, что достойная женщина не танцует даже перед мужем.

Только сейчас я танцевала. Сама, без приказа или принуждения. Танцевала перед чужим мужчиной. Который, к тому же, был врагом моего народа, противником моего отца, убийцей моего жениха.

Это было нарушение законов, настоящее кощунство — вот так выплясывать на какой-то Ласточкиной горе в компании демона.

То, что я танцевала, не было похоже ни на один танец из всех, виденных мною. И всё же казался мне таким же правильным и естественным, как полёт птиц в небе, как колыхание лепестков под порывом ветра, как трепет крыльев бабочки. И точно так же, как пионовые лепестки, я покачивалась на ветру. И так же, как ласточка крылья, раскидывала руки в стороны, изображая полёт.

Мо тело откликалось на каждый порыв души новым движением, и это было незнакомое чувство. Незнакомое, но сладостное.

Пусть со всех сторон надвигались грозовые тучи, здесь, возле бамбуковой хижины, воздух ещё был тёплым и ароматным. И не хотелось думать о предстоящей буре, а только наслаждаться тем, что есть.

Музыка гуциня словно продолжала эту спокойную красоту, а я танцевала на тропинках между пионовых кустов, ловила на ладони лепестки цветов, и чувствовала себя необыкновенно… Такого я никогда не переживала в своей прежней жизни.

Первые капли дождя разрушили красоту спокойствия.

Они были холодными, крупными, и я вскрикнула, когда одна из капель попала за ворот и скатилась по коже между грудей.

Безумный Демон тут же прекратил игру, и гуцинь истаял в воздухе.

Схватив меня за руку, демон едва успел затащить меня в хижину, как дождь хлынул в полную силу — серой отвесной стеной.

— Теперь надолго припустит, — сказал демон, закрывая окно ставнем.

— Не надо, — неожиданно для себя самой попросила я.

Он оглянулся, и я увидела капли дождя на его лице. Только они как-то странно упали ему на щёки. Только на щёки. Волосы и одежда остались сухими. А если это были не капли дождя, а слёзы? Из-за чего может плакать демон? И умеют ли плакать демоны?

Безумный Демон смотрел на меня, и я поняла, что молчание затягивается.

— Пусть останется открытым, — сказала я, отводя глаза.

— Но там дождь.

— Знаешь, каким-то образом я об этом догадалась, — не удержалась я от шутки, а потом серьёзно добавила: — Хочу почувствовать свежесть. Настоящую свежесть. Во дворце моего отца даже во время дождя пахнет драгоценными благовониями. Поэтому хочу ощутить, каков настоящий дождь.

«Хочу ощутить, какова настоящая жизнь», — вдруг подумалось мне.

Вслух я этого не сказала, и сама мысль напугала меня. Но демон убрал ставень и продолжал стоять возле окна, прислонившись плечом к стене. Мне был виден чёткий профиль на фоне серой сплошной пелены. На длинных ресницах повисли дождевые капельки. Но теперь они были ещё и на чёрных волосах, и на ткани чёрного халата. Дождь пытался проникнуть в окно, будто просился внутрь.

— Ты ведь вернёшь меня домой? — спросила я негромко.

— Да, — ответил демон, глядя перед собой, не глядя на меня.

— Когда непогода закончится и небо станет ясным?

— Да.

Я тоже встала у окна. И точно так же, как Безумный Демон, прислонилась плечом к стене.

— Даже несмотря на то, что подозреваешь моего отца в обмане?

— Да.

Следующий вопрос я задать не успела, демон заговорил снова:

— Потому что он — хороший отец.

— Да, — теперь ответила я. — И не только хороший отец, но ещё и хороший человек. Говорю это не как его дочь. Просто так и есть. Небеса не стали бы прислушиваться к молитвам плохого человека.

— Наверное, ты права, — кивнул демон, помолчал и сказал: — Наверное, мне лучше уйти.

— Куда ты собрался? — удивилась я. — Дождь льёт, будто небо над нами с прорехой.

— Я не боюсь промокнуть, — сказал он и пошёл к выходу. — А тебе не придётся снова прятать нож.

Кажется, он обиделся. Но я не торопилась его утешать, останавливать, уговаривать остаться в хижине.

Демоны хитры. Они знают, что человеческое сердце жалостливо. Особенно — сердце женщины. Опасно жалеть того, кто превосходит тебя силой. Вдвойне опасно жалеть демона. Тем более теперь, когда он жив-здоров, и даже раны на нём затянулись.

Он вышел под дождь, и через открытое окно я видела, как мой то ли спаситель, то ли похититель садится под навес, где лежал для просушки валежник.

Ну и пусть сидит, если хочет.

Я долго стояла у окна, стараясь смотреть на сад, на мокрые дорожки между кустами, на капли воды, хрустальными бусинами стекавшие с пионовых листьев, но всё равно чувствовала присутствие Яо Мо.

Яо Мо.

Нет, это имя ему не подходит. Слишком страшное имя для… для такого красивого мужчины.

За неимением других развлечений, я до вечера подбирала имена, которые могли бы подойти Безумному Демону. Когда начало темнеть, я надела на голову корзину, чтобы хоть немного защититься от дождя, выскочила во двор, подошла к навесу и позвала:

— Эй, Безумчик! Пойдём в хижину. Надо развести огонь и приготовить поесть. Да и незачем сидеть здесь всю ночь. Ты не дворовая собака.

Я побежала обратно, не дожидаясь ответа, но ничуть не удивилась, когда на пороге возникла широкоплечая тёмная фигура, держа охапку дров.

Отжав промокшие волосы, Безумный Демон шагнул в хижину.

Первым делом он зажёг светильник, потом закрыл окно ставнем, и внутри сразу стало уютно и тихо, только где-то вдалеке раздавались раскаты грома.

Вскоре в очаге запылал огонь, он прогнал прохладу и сырость, и вкусно запахло жареной рыбой и овощами.

Наблюдая за демоном, колдовавшим у очага, я сидела на постели, подтянув колени к груди и обхватив их руками.

— Я лягу возле порога, не бойся, — сказал Безумный Демон, не оглядываясь. — Можешь взять нож, если тебе с ним будет спокойнее.

— Оставь себе, — ответила я. — У меня здесь припрятана крепкая палка. Если полезешь, ка-ак дам в лоб!

Тут он посмотрел на меня через плечо. И засмеялся.

Не злобно и не страшно, как полагалось бы смеяться демонам.

— Рыбу не сожги, — посоветовала я, а когда он отвернулся к очагу, не смогла удержаться и улыбнулась.

Пока демон не видел.

Так началась моя жизнь. В этом странном месте — на Ласточкиной горе, рядом со странным существом, которое было по природе своей демоном, а по духу… Я не смогла