Затмение; Год 1666 – Часть 1 - Нора Ольвич
«— Мадонна, помоги мне».
Мои дамы, словно беря с меня пример, поправили осанку. Эйлис рассматривая нас тихо спросила:
— Мы поплывём на лодке?
— На очень большой лодке, моя душа. Тебе интересно?
— Очень, леди Дениза, а куклы они, когда приедут со мной поздороваться?
— Как только мы заселимся в большой дом, и нам будет, куда пригласить их в гости, моя леди.
Улыбаясь, я рассматривала девочку.
— Есть только маленькая проблема, леди Эйлис.
— Да? — её глазки расширились от изумления.
— И я совсем забыла про неё вам сказать. Все куклы, они говорят только на французском языке. На большой лодке я научу вас словам, которые знают все девочки во Франции, хорошо?
— Только не забудьте про это, леди Дениза.
Девочка была так натурально обеспокоена этим сложным положением, что её мама, улыбаясь, отвела взор. Я же на полном серьёзе заверила малышку, что никогда про это не забуду и обязательно всему научу её.
Спустя некоторое время экипаж остановился, кучер, открыв нам двери и, спустив в этот раз очень удобную лесенку с почтением, замер, ожидая, когда Филипп поможет выйти всем дамам.
Словно в многосерийном фильме про историю какой-то благородной стариной семьи, опираясь брату на руку, я спускалась на набережную.
— Филипп, возьмите ребёнка и поставьте рядом. Спасибо. Как же сильно затянут корсет, я вздохнуть не могу, хотя возможно это от волнения.
Наши глаза встретились, и я увидела, что он очень изумлён моей откровенностью.
— Всё будет хорошо, я потерплю. Итак, мы люди, которые жили очень уединённо в Шотландии, и нам не нужно быть похожими на данных французов, это придёт со временем. Мы слегка провинциальны, но при этом весьма достойны. Это наша роль.
С лёгкой улыбкой я шептала всем эти слова. А следом совершенно по-родственному, весьма провинциально поправила Филиппу его накидку, и похвалила новую шляпу.
К нам спешили, я держала девочку за ручку, всё моё внимание было сосредоточенно словно на ней, я о чём-то спрашивала её. А из-под опущенных век боковым зрением, видела, как с галеона на пристань выдвинули широкий трап.
Несколько матросов спешили к нам на помощь. Как я поняла их внимание, привлёк наш скромный багаж.
Следом шёл смуглый, черноволосый мужчина средних лет, в сопровождении, вероятно, своего помощника.
Они спустились с трапа, и, подходя к нашему семейству, не сводили взора со всех леди, стоящих на причале. Ох уж эти французы. Присутствие женщин, вероятно, очень основательно будоражит им кровь.
Видно было, что они готовились. Кое-где замятые бархатные камзолы, что лежали сложенными на полках, они были надеты именно по этому случаю. Свежие рубашки с кружевными манишками, выгодно оттеняли их обветренные и суровые лица.
Я отслеживала процесс, как мысли капитана приходили в тот порядок, который я добивалась всеми нашими приготовлениями. Всё было написано у него на лице. И если изначально он шёл к нам, полным хозяином положения, то, увидев ухоженных дам, в шелках и драгоценностях, вспомнив этикет, остановившись, ожидал. Ожидал, когда его представят.
— Леди Дениза разрешите представить вам капитана судна, шевалье Фабьена д' Юфур.
— Леди Дениза, моя сестра, с нашей маленькой родственницей Эйлис и сопровождающими её дамами.
— Леди, — капитан, галантно склонившись, протянул свою руку к моим пальчикам без перчатки, с целью учтиво прикоснуться к ним губами, и наткнулся на гневный взор брата. Скромно опустив взор, я удивлённо хотела вспомнить момент, с которого мой брат успел стать таким ревнивцем.
Наверное, этот момент, он как раз сегодня и настал.
— Мадемуазель, разрешите, я провожу вас в ваши каюты.
От предложенной, согнутой в локте руки у меня не было возможности отказаться, это было бы не корректно. Мужчина годился мне в отцы.
— Я благодарю вас шевалье, помогите мне также с ребёнком. Леди Эйлис, можно капитан этой большой лодки, возьмёт вас на руки?
Девочка задумчиво смотрела в глаза капитану, а затем, кивнув с достоинством, ответила.
— Можно, леди Дениза.
И доверчиво протянула ручки незнакомому мужчине. Команда, наблюдавшая за этим действием, восторженно вздохнула, когда их капитан, посадив на одну руку красивую девочку с локонами завитых волос, вторую таки предложил мне.
Я же, оправляя платьице на ребёнке, благодарно улыбаясь мужчине, приняла его предложение.
Положила кисть своей руки, утопающую в кружеве манжета, на дорогой бархат его камзола. Бриллианты и осколок льда аквамарина на кольце матушки, блеснув на солнце, привлекли его внимание.
«— она словно ангел, эта виконтесса, откуда у сеньора Луис-Мигеля такая прелестная сестра? Богатая незамужняя леди. Нежный бутон, ещё никем не тронутый, уж мой намётанный взгляд всегда сможет это отличить. Девственна и невинна».
Мужчину охватила дрожь вожделения.
Я же, смущённо краснея под пылкими взглядами французов, думала о том, как крепчает ветер, и усиливается волнение на море. И как сильно нам нужно ускориться с выходом в открытое море. И что встреча, и экскурсия по судну немного затянулась.
Филипп ястребом смотрел за происходящим, не на миг, не выпуская из поля зрения леди Дениз, прекрасно распознавая истинную суть взглядов мужской части человечества, пребывающей на судне.
Все эти страсти прикрывались улыбками вежливости, обходительности и учтивости. Как хорошо, что нам не дано читать мысли друг друга.
Или это плохо? Взошла бы я на это судно, если бы знала, мысли окружающих меня людей? На набережной в порту действительно была какая-то нездоровая суета. После некоторых наблюдений возникало ощущение, что кого-то ищут.
Но всё когда-нибудь заканчивается. Вот и мы, разместившись в каютах, ожидали отправки судна. Слышны были неспешные команды капитана Фабьена, и в какой-то момент, взяв за руки мисс Софи, и леди Иннес, я вознесла молитву Всевышнему.
— Мадонна, помоги нам, мне кажется, этот день никогда не закончится. Как хочется уже покинуть Шотландию, мои нервы на пределе.
В узкую, маленькую каюту, что я себе выбрала, мы разместили особые сумки. Сундук леди Вайолет я засунула под свою полку:
«— что за открытия мне он подготовил»? «- всё позже».
Удалившись в свою каюту, сославшись на так мне необходимую молитву и воззвание к Спасителю нашему, я практически больше не выходила на палубу. Напрасно капитан ожидал нас к ужину или завтраку.
Проведя накануне, практически всю ночь в пути мы все отсыпались. Софи спала, обняв