Равнины гнева - Изабелла Халиди

Заставляя ее взглянуть правде в лицо.

Ее правде.

Она отчаянно нуждалась в ответах, и, похоже, они наконец-то добрались до нее.

Тебе нужен бог, который научил бы тебя благочестивым вещам. Чтобы отточить силы, которыми ты пренебрегала с самого рождения.

— Научи меня, — прошептала она, поднимая веки, когда темнота снова окутала ее.

Зелень и серебро столкнулись перед ней, взгляд Катала пронизывал насквозь. Как будто пытаясь заглянуть в самые глубины ее разума.

— Научи меня, — повторила она, направляясь к нему, к мужчине, которому доверяла больше, чем кому-либо в мире. Больше, чем самой себе. Зная, что он будет верен своему слову, своему обещанию. Что с ним она в безопасности. В безопасности отпустить и быть свободной. Что он будет рядом с ней на каждом шагу этого пути.

Что он защитит ее.

Даже от нее самой.

Единственным ответом Катала был простой кивок, его красивое лицо ничего не выдавало. Его разум был пуст, никаких мыслей о том, как он донесся до Дуны, когда она пыталась прочесть выражение его лица.

— Ты будешь делать то, что я скажу, — прогрохотал он, вернув себе облик генерала. — Что бы я ни сказал, не задавай вопросов. Ты не будешь сомневаться ни во мне, ни в моих методах. Если я соглашусь, мы будем не парой, не любовниками, даже не знакомыми, а воином и командиром. Ты будешь держать рот на замке и придержишь свои умные комментарии при себе. — Она начала протестовать. Он сжал ее губы пальцами. — В секунду, когда ты начнешь говорить со мной, наш урок закончится, и мы больше не будем его возобновлять. — Он отпустил ее. — Я ясно выражаюсь?

— Во-первых, я никогда не болтаю без умолку…

Он снова сжал ее губы, приподняв бровь. — Хватит. Я. Достаточно. Ясно. Выразился? Простого «да» или «нет» будет достаточно. Мне не нужен от тебя целый монолог, солдат.

Срань господня.

Широко раскрыв глаза, она взяла себя в руки, прежде чем ответить утвердительно.

— Хорошо. Мы начинаем немедленно. — Он отступил на шаг, ровно настолько, чтобы Дуна смогла снова вздохнуть и выпустить воздух, который она задерживала. Пристально посмотрев на нее, он сказал: — Не реагируй, но за тобой стоит демон. Справа от ближайшей к тебе линии деревьев. — Она напряглась, но воздержалась от резких движений. — Он нас не заметил, потому что я замаскировал наше присутствие. Твоя задача состоит в том, чтобы избавиться от него, используя свой меч — только твой меч. Тебе не позволено использовать ни одну из своих способностей, даже для того, чтобы обмануть его. Я буду здесь, но не стану тебе помогать, ты сама по себе. — Еще шаг назад. — Помни, целься в шею. Покончи с этим одним чистым движением.

Щелчок. Свист. Щелчок.

Жуткий шум, разбудивший Дуну, разнесся в воздухе. Она медленно обернулась и тут же пожалела об этом.

Гротескная фигура того, что когда-то было человеком мужского пола, кралась между стволами деревьев, его конечности были согнуты под неестественными углами, словно сломанные, и волочились по земле. Его лицо исказилось, превратившись в наполовину кричащую маску ужаса, в то время как клочья темных волос были всем, что осталось на его залитом кровью черепе. Некогда военная форма королевства Ниссы цвета слоновой кости превратилась в жалкую копию, поскольку свисала с демона полосками ткани.

Щелчок. Свист. Щелчок.

Ее охватила невыразимая тошнота, осознание этого поразило ее. Звуки издавали сломанные конечности, когда существо неуклюже передвигалось, когда оно скользило ими по земле и его суставы царапали друг друга.

Означало ли это, что он был в лагере, гулял среди людей? Или их было больше?

— Катал, нам нужно вернуться в лагерь и предупредить всех. Я не думаю, что он один.

— Наверное, ты права, но найти их в темноте будет невозможно. Мы подождем, пока его братья не заявят о себе, и тогда нанесем удар.

Но это означало бы: — Мы ждем, пока они на кого-нибудь нападут.

— Другого выхода нет, казармы слишком велики для простого обыска. К тому времени, как мы оповестим всех, может быть уже слишком поздно. — Он подтолкнул ее разум, словно подтолкнул руку. — Шевелись. Твоя цель все еще жива.

И точно так же вуаль, которая прикрывала ее и Катала, исчезла, оставив их обнаженными. Словно притянутая магнитом, голова демона резко повернулась.

И его красные глаза уставились на Дуну.

Визжа, оно бросилось на нее, от его изуродованного вида у нее по коже побежали мурашки. Она осталась на месте и подняла меч, отсчитывая секунды.

Три…

Каждая клеточка ее тела ожила, когда адреналин закачался по венам, а кровь забурлила от агрессии.

Два…

С потребностью разрушать.

Один…

Чтобы пролиться адским дождем.

Сейчас!

Ее клинок просвистел в воздухе, разрубая демона. Он закричал от ярости, когда его левая рука отвалилась, в суставе осталась только культя. Бросился на нее, протянув тонкие пальцы. Она пригнулась, затем взмахнула оружием и отрубила ему оставшуюся руку. Блеснули острые зубы, с которых капала слюна, когда он открыл пасть и бросился на нее, щелкая челюстями в попытке укусить Дуну.

Присев на корточки, ее меч просвистел в воздухе и отсек ему ногу по колено. Демон упал лицом вперед, извиваясь на заснеженной земле, как какой-то бесхребетный червяк.

Она вскочила, занеся оружие над головой…

И отрубила ему голову.

Прежде чем она успела отпраздновать свою победу, раздался новый вопль. Она развернулась — и была мгновенно отброшена на землю.

Рефлекторно она вытянула руку и ткнула мерзкое существо тыльной стороной ладони в его уродливую морду. Кровь брызнула у него из носа, дождем обрушившись на Дуну, когда его голова дернулась назад, но она проигнорировала все это, безжалостно колотя его по голове снова, и снова.

Словно ничего не чувствуя, демон царапал воздух, пытаясь вонзить в нее свои ногти. С последним ударом ее ноги сомкнулись вокруг него и одним быстрым движением перевернули их. Она схватила свой меч и, вложив в него весь свой вес, пронзила существо насквозь, пригвоздив его к земле.

Вскочив на ноги, пока демон дергался, Дуна ударила его ногой в лицо, вдавливая голову в снег подошвой ботинка, одновременно высвобождая свое оружие и перерубая ему шею надвое, прямо поперек горла, отделяя голову от остального тела.

Осмотревшись вокруг, она не увидела никаких признаков затаившейся угрозы. Только жуткую тишину и кружащиеся тени.

Дуна почувствовала жар у себя за спиной, почувствовала, как атомы перестраиваются внутри нее, когда Катал наклонился и прошептал ей на ухо: — Хорошая работа,