В сети с мажором - Маша Демина
Я плачу, плачу и плачу, пока во мне не остается сил. Но боль никуда не уходит. Она будто притупляется, но я чувствую ее. Хочется вырвать, а никак. Кое-как подползаю к телефону. Отключаю его. Прячу.
Как в тумане добираюсь до кровати и снова плачу. Откуда столько воды во мне? Засыпаю и как в бреду слышу, что кто-то заходит в комнату, по запаху духов узнаю маму, она что-то говорит мне, гладит по волосам, а я не слышу, выходит, мне все равно, и я не реагирую. В следующий раз из сна меня вырывает бренчание посуды. И хриплый голос Полкаши:
— Нужно покушать, дочка. Не стоит оно того.
И он прав. Ничто в этом мире ничего не стоит.
— Я попозже, — хрипло отвечаю, и мой старичок тихо выходит из комнаты. До носа долетает аромат жаркого, но меня тошнит от него, не хочу.
И я снова впадаю в летаргический сон. Мне снится всякое и все плохое, Гад снится, и Полина, их переписка и всякие пошлости, а потом я вижу их вместе и подрываюсь от этого сна, как от удара током.
Судорожно сглатываю. Трогаю дрожащими пальцами горло. Я вся мокрая. Сижу и смотрю в одну точку, прокручивая кадры из отвратительного сна.
Нет! Я хочу посмотреть ему в глаза! Пусть лично мне скажет, что все!
Заставляю себя сесть, из-за голодовки слабость ужасная, и я сижу пару минут, чтобы прошло головокружение и приступ тошноты. Только потом встаю и достаю из заначки телефон и запираюсь в туалете. Оседаю по стеночке. Стоять тяжело. Нужно сегодня поесть, иначе у меня не хватит сил осуществить свой план.
Включаю телефон. Последнее деление зарядки. Вот так решается моя судьба. И если телефон сядет и я не дозвонюсь, я приму это.
По памяти набираю номер, прижимаю телефон к уху, чувствуя, как сердцебиение ускоряется от первого гудка. А когда они обрываются, сердце ухает вниз.
— Неожиданно, — раздается ироничный голос Ильяса. — Чем могу помочь, милашка?
Прикрываю глаза и медленно, будто пьяная, облизываю сухие губы.
— Хочу увидеть твоего брата.