Тайное остриё рапиры 4 - Александр Васильевич Чернобровкин
— Можно купить готовые торговые корабли у голландцев. Они в кораблестроении сейчас лучшие, но я предлагаю построить два-три своих именно под эту линию. Средние, двухмачтовые, грузоподъемностью бочек на двести (около двухсот тонн), в полтора раза больше моего нынешнего. Они будут скоростными и маневренными, легко уходить от военных и пиратских кораблей. В Гасконском (Бискайском) заливе могут напасть испанцы, в Ла-Манше — англичане. Пряности и специи — груз легкий и дорогой, помногу возить не получится, да и нежелательно, потому что всякое может случиться. В Руане будут грузиться любым зерном навалом, в Португалии его не хватает, или льном и пенькой для их кораблей, или тканями, особенно шелковыми. Оттуда половину груза будет составлять сахар в бочках, четверть — бразильское дерево бревнами или щепой для красильщиков, а остальное место в трюмах займут несколько бочек с черным перцем и мешки и ящики с имбирем, корицей, гвоздикой, мускатом, ванилью. Коробку с дорогим шафраном капитан привезет в своей каюте. Рейс туда-обратно вместе с грузовыми работами будет занимать от месяца до двух. Это будет зависеть от погоды. Примерная чистая прибыль за один рейс — пятьдесят тысяч ливров. При этом корабль может утонуть, или сгореть, или захватят пираты. Высокая прибыль — высокий риск. Если все пойдет хорошо, можно будет построить корабли побольше и наладить прямую торговлю с Новым Светом. Там доходы будут выше в разы, как и риск — рассказал я.
— Сколько денег надо на постройку двух кораблей и сколько времени это займет? — спросил Джованни Грассо.
— Около пятидесяти тысяч вместе с пушками и припасами на рейс. Будут готовы к следующей весне. Лето я проведу в своей сеньории Энкарвиль неподалеку от Руана, прослежу за их строительством, — ответил я.
— Долго ждать, — сделал вывод Пьер Эспозито. — Не лучше ли купить корабль и начать поставки этой весной?
— Когда я уплывал из Руана, там продавали за двенадцать тысяч ливров старый голландский флейт грузоподъемностью двести сорок бочек. Думаю, можно будет скинуть цену до десяти тысяч, — сообщил я и предупредил: — Только вот он медленный, легче захватить, и оборачиваться будет месяца за два-три.
— Начнем с него, посмотрим, как пойдет, а когда построим свои корабли, продадим, — предложил кто-то из будущих компаньонов, имя которого у меня вылетело из головы.
Этот вариант понравился всем. Мне задали еще несколько вопросов по ценам и пошлинам в Лиссабоне, после чего решили скинуться по двенадцать с половиной тысяч ливров и организовать «Парижскую торговую компанию». Председателем выбрали меня. За это буду получать два процента от прибыли.
28
С наступлением тепла мы с Сюзанной, большей частью слуг и двумя верховыми лошадьми перебрались в Энкарвиль. Оттуда я наезжал верхом в Руан, контролировал постройку дома и двух шхун. Впрочем, сперва снарядил свою и отправил в Гётеборг, чтобы привезла железные детали для обеих, а вторым рейсом отправлю в Ригу за отменной пенькой на канаты, смолой и дегтем. Одновременно нагрузил старый флейт, купленный зимой, прошлогодней пшеницей и тканями на Лиссабон. Капитана взял того же, что командовал им при предыдущем хозяине. Рене Шено отзывался о нем хорошо.
Одну новую шхуну строил на стапеле Николя Жерома, который убедился, что предыдущая не утонула, помотавшись от Риги до Гибралтара, и проникся уважением ко мне, а вторую — на соседней, у его конкурента. Тот уже был наслышан обо мне, как о кораблестроителе, поэтому ничему не удивлялся. Я лично сделал разбивку обоих построечных мест, нанес базовые линии и ориентиры и вручил по чертежу корабля хозяевам стапелей, промотивировав, что построивший первым получит пятьсот ливров премии. Доски они покупали на моих лесопилках, железные детали, включая якоря, цепи и талрепа, привез Рене Шено из Гётеборга. Он же доставит из Риги смолу для обработки корпуса и пеньку, из которой в руанской мастерской изготовят бегучий и стоячий такелаж, швартовые канаты, грузовые сети… Конопатить будут местной. Для этой цели слишком хорошая пенька необязательна.
Время от времени я посещал стройку. Дом рос буквально на глазах. Из-за черно-зеленых деталей сильно выделялся на фоне светлых соседних. Его уж точно не перепутают ни с каким другим. Обещали закончить до холодов. Я заказал во все комнаты мебель, необычную для этой эпохи. Представляю, как будут чесать репу историки, столкнувшись с сервантом со стеклянными полками и раздвижными створками, изготовленным в середине семнадцатого века. Скорее всего, обзовут подделкой.
Через два месяца с небольшим вернулся из Лиссабона флейт, привез полный трюм колониальных товаров. Я уведомил компаньонов в Париже, и они приплыли все вместе на тридцатидвухвесельной грузовой галере. Видимо, прямо здесь произведут раздел товара. Каждый получит свою долю по оптовой цене и загонит в столице по розничной, заработав еще и на этом. Мою заберет Пьер Эспозито и отстегнет мне маленько. Прибыли засветло, поэтому сводил их к стапелям, показал шхуны, которые там строились. По себе знаю, что корабль на кильблоках кажется намного больше. Правда, к тому времени только начали обшивать корпус досками вгладь, поэтому не впечатлял.
На следующее утро вскрыли трюма при компаньонах и двух таможенниках, которых позабыли уведомить о большой коробке с шафраном. Она одна стоит как половина груза во втором трюме. Сразу по прибытию коробку ночью переправили на лодке ко мне домой. Когда компаньоны на арендованной галере отправятся в Париж, получат ее по пути. Несмотря на то, что специи и пряности были в мешках и ящиках, из трюмов шибанул такой аромат, будто зашли на кухню кондитерской мастерской. Все, включая таможенников, сразу загомонили радостно, будто сейчас их угостят пирожными. Для богатых это запах из детства, для бедных — запах мечты. С них и начали выгрузку. В присутствии таможенников взвешивали каждый ящик и мешок, спорили о весе тары и сумме пошлины. С перцем в бочках проблем было меньше. Объем и средний вес тары известны всем. Бочки с сахаром и вовсе пересчитали в трюме, а взвешивание бревен бразильского дерева оставили на конец выгрузки. Специи и пряности были перенесены на галеру, которая доставила моих компаньонов. Утром повезет их и ценный груз в столицу. Судя по радостным лицам, первый блин удался на славу. Наверняка каждый отобьет с учетом розничной продажи вложенные двенадцать с половиной тысяч ливров. Если удастся хотя бы еще один рейс, флейт заслужит право утонуть.
Компаньоны заодно рассказали мне свежие парижские новости. Жюль Мазарен старательно искал деньги