Из дикого леса дикая тварь 3 - Евгений Адгурович Капба
И да, мы могли еще и решить вопрос с озером Тулкэллох и его арендой. Почему бы и нет, в конце концов?
15. ТОНКИЙ ЛЕД
Эринка приехала на такси.
Я увидел это с крыши, где работал электропилой и магией — попеременно, приводя дыру в кровле в адекватный вид и оживляя и сращивая доски. Опыт работы на Ольховом Мосту мне тут пригодился, да и на заборе я порепетировал, так что получалось нормально. Конечно, сделать крышу по-настоящему живой не получалось, не было корневой системы, но хорошенько укрепить — это запросто.
А еще вид отсюда открывался хороший, например — на Артиллерийскую улицу и парочку тлинкитов, которые уже полдня курили трубки метрах в тридцати от моего склада. Сидели индейцы на куче битого кирпича, явно с умыслом. Такие хлесткие, патлатые ребята в джинсах и традиционных для этого народа одеялах-чилканах, накинутых на плечи, они особо не скрываясь следили за мной и моей недвижимостью. К добру или худу — хороший вопрос.
Еще я отсюда, с верхотуры, разглядывал бардак и запустение или, наоборот, — суету и деловую активность на соседних участках. Ну и Эринку тоже рассмотрел.
Летняя Роща грациозным движением покинула белый электрокар с черно-желтыми шашечками, поправила волосы и перья в прическе, достала из багажника увесистый рюкзак… Она была очень хороша в этом своем хипповско-индейском костюмчике из замши и в высоких сапожках! Вообще, с такой фигурой и личиком она в чем угодно будет хороша. И без чего угодно — тоже.
— Айе! — помахала мне рукой девушка. — Ты вьешь там себе гнездо?
Я спилил последний неаккуратный кусок доски, швырнул его вниз, приложил ладонь к кровле, отправляя крупицу жизни и «залечивая» спил, и только потом ответил:
— Высоко сижу, далеко гляжу! Привет, Эринка! Заходи в ворота и не бойся «дьявольских дубинок», они пока не кусаются. Я сейчас закончу.
Меня интересовали тлинкиты: их настроение с безразличного сменилось на деятельное! Увидев уманьярку, эти парни сделали стойку. Не в том плане, что им понравилась девушка, нет! Наоборот — на их лицах появились презрительные и даже — злые гримасы, они выстучали свои трубки на землю и двинулись в сторону моего склада. До Эрин Лаэр им было пройти метров тридцать, не больше.
Поэтому я не медлил: мигом спустился вниз, спрыгнув с края крыши на крыльцо, с крыльца — на забор, а оттуда — на твердую землю. Для моих нынешних физических кондиций — не самая сложная задачка.
Я приземлился прямо перед девушкой.
— Привет! — снова поздоровалась она, на сей раз — по русски, потянулась и чмокнула меня в щеку. — Выпендриваешься?
— Не особо. Тороплюсь! Вон, глянь, два достопочтенных господина двигают в нашу сторону…
— Достопочтенных? Это городские тлинкиты-то! — фыркнула она. — Шушера!
— Спокойно, — сказал я. — Спокойно, дщерь племени танацотинов. Сама-то ты тоже теперь городская эльфийка, а? Тебя тоже шушерой называть?
— Ай, ну тебя! — Она гордо тряхнула головой, и черная грива ее волос в одно мгновенье взметнулась и опала. — Вот сам с ними и разговаривай, если ты такой защитник всяких-разных мутных типов!
— Вот и поговорю! Чайник поставь и на стол накрой, там увидишь, справа от входа…
Продукты, инструмент (в том числе электропилу), кое-какую утварь и материалы мне подвезли Дитрих с Кулагой, с утра. Вандерберг предлагал еще и бригаду строителей в помощь, но оставил эту затею, увидев, что «дьявольские дубинки» под моим влиянием активничали все больше, видоизменяясь внешне и внутренне. А потом посмотрел на Пха, которое подросло еще немного (на то были причины и ресурсы) и время от времени ощупывало ветвями окружающее пространство, и окончательно все решил. Потерять кого-то из подчиненных Дитрих точно не хотел, а это было вполне возможно. Да и я его отговаривал: мне хотелось все обустроить тут самому, под себя.
И у меня получалось!
Тлинкиты меж тем подошли к самым воротам, до сих пор открытым, остановились и молча уставились на меня. Смуглые, бровастые, с резкими чертами лиц, они оказались похожи как родные братья. Один был чуть ниже, второй — чуть выше.
— Здрасьте, — обвел их взглядом я.
Индейцы продолжали молча смотреть, и я осознал точку притяжения их взглядов: желтый нож у меня на поясе.
— Откуда у тебя это? — спросил тот, что ниже ростом.
— Трофей, — пожал плечами я.
— Та женщина — тоже трофей? — задал вопрос высокий.
— Еще, ять, я перед вами не отчитывался! — вызверился я. — Ты и ты — оба стройтесь рядами и на хрен отсюда идите! Или стойте тут как два истукана, а я ворота закрою и своими охеренно важными делами займусь!
— Ты легко приобретаешь врагов, эльф, — сказал один из них. — А твои друзья могут запросто предать тебя. Танацотины — проклятый народ, и им не место на нашей земле.
— Тлинкиты мне не враги, можете справиться у тойона Котлеана. — Их заходы были мне в целом не интересны, и все эти ксенофобские штучки — тоже. — И танацотины мне не друзья, если говорить о всех танацотинах в общем. Мое знакомство с ними началось с бойни, в которой один молодчик сунул мне точно такой же, а может, и этот самый нож в спину. Но если вы попробуете причинить вред мне или этой девушке — обещаю, от вас камня на камне не останется.
На них мой спич впечатления не произвел. Еще бы — ну что за угрозы от белокурого изящного парня с узлом волос на затылке и электропилой в руках? То ли дело они — великие индейские воины…
— Пустые угрозы, — переглянулись ребята в джинсах и одеялах. — Нам не указ ни ты, ни тойон Котлеан. Поберегись, остроухий волшебник… Ходи с оглядкой и спи вполглаза, друг танацотинов. В Ситке не все рады таким, как ты!
Я тяжко вздохнул. Мне все уши прожужжали про самонадеянность магов, но самонадеянность цивильных была ничуть не меньше! Вот знают же, что остроухий — волшебник, а все равно выеживаются.
— Ой, идите в жопу. — Я закрыл ворота и ушел внутрь склада.
Что мне с ними — членами мериться? Да хрен там плавал! Пусть в гости заходят, берут с собой дубины, копья, кинжалы и побольше друзей с Калюжной улицы. Я их всех