За печатью Небес - Оливер Ло

Вторая личинка зашипела и переползла через растекшиеся останки сородича. Ее тело вытянулось к Мину, а края пасти разошлись, обнажив иглы.

Ши Эр нахмурилась. Девочка встала и вышла из-за его спины, прямо навстречу твари. Мин еще держал перед собой посох, когда она оказалась у разверстой пасти. Ши Эр склонила голову, шумно понюхала серую плоть и сморщила нос.

— Невкусно, — сказала малявка. — Не написано. Проваливай!

Личинка застыла в половине шага от девочки. Пасть еще оставалась открытой, но глиняное тело уже мелко дрожало. Вблизи тварь учуяла, какой хищник стоит перед ней. Сила Ши Эр подавляла ее, и голод уступил страху. Личинка сжалась, попятилась через лужу, оставшуюся от сородича, затем развернулась и торопливо уползла во мрак. Мин провожал ее взглядом, все еще сжимая посох.

«Даже эта дрянь сообразила, кого надо бояться», — бормотал Гу Лань.

Одними Лепнями опасности Дна не исчерпывались.

Выглянув из-за обломков, Мин наблюдал за проплывающими в сером мареве Остовами. Колоссальные скелеты неведомых тварей, размерами превосходящие крупные торговые города, бесшумно дрейфовали высоко над пустошами. Когда тень такого исполина падала на землю, Мин едва мог пошевелиться. Каждое движение давалось с трудом, словно тело увязло в густой смоле.

Раз в несколько часов над равниной начинался тихий пепельный дождь. Хлопья падали мягко, но стоило им коснуться обнаженного камня или забытой кости, как пепел с шипением начинал разъедать их поверхность. Мин и Ши Эр вынужденно забивались глубже в укрытие, пережидая смертоносный дождь.

А раз в сутки приходил шторм.

Небо над Дном чернело. Ураганный ветер приносил с собой чудовищный гнет пространства, превосходящий то, что Мин испытывал у Последнего Маяка, в десятки раз. Беспощадная сила вдавливала скалы в песок. Мин сжимал в левой ладони Пустотный Янтарь, защищая от гнета собственное тело. Ши Эр прижималась к его боку. Янтарь нагрелся так, что жег ладонь, а поперек темной грани мерцала трещина. Без камня здешняя тяжесть раздавила бы его вместе с обломками башни.

Первый шторм стих к утру второго дня. Мин прислонился к стене и посмотрел на правую руку у себя на коленях. Он попробовал согнуть почерневшие пальцы. Кисть пронзила боль, но пальцы всё-таки чуть шевельнулись. Уже что-то. Значит, лекарственные пилюли все же действуют.

— Залечить плоть, — прохрипел юноша. — Затем накопить ци из воздуха и восстановить Море. А дальше…

«Выковать Истинное Ядро, — закончил за него Гу Лань. — Без него вся твоя собранная по каплям сила рассеется в первой же буре или под тенью Остова. И Ядро должно быть безупречным, Мин».

Мин криво усмехнулся. Ему бы сейчас пальцы согнуть, а Гу Лань уже требовал безупречного Ядра. Сколько он провозится с этой проклятой рукой? Там, снаружи, его ждали матушка и друзья.

К исходу третьего дня пепельный туман за пределами убежища начал редеть. Ши Эр поднялась с земли, вцепилась в край порванного рукава начертателя и потянула его к выходу.

— Папа, — произнесла она, указывая на барханы. — Там свет.

Мин с трудом встал и посмотрел поверх ее головы. Ребра ныли при каждом вдохе, но он подался вперед, стараясь разглядеть просвет в тумане.

Далеко среди барханов горел белый луч. Пепельная дымка скрывала его основание, а свет проходил сквозь нее и тянулся вверх. Мин смотрел, ожидая, что луч вот-вот погаснет, но тот продолжал гореть. Так светили Маяки наверху, в чьем свете удавалось хоть ненадолго перевести дух.

За три дня на Дне юноша впервые улыбнулся. Он еще не знал, что ждет их там, у белого луча, но теперь хотя бы видел, куда идти.

Правая рука висела вдоль туловища бесполезной плетью. Ожог на коже стянулся под действием целебных пилюль, обугленные участки отшелушились, но подлатать тело было самым легким делом. Настоящая беда скрывалась глубже.

Мин опустился на крупный обломок перевернутой башни и мрачно осмотрел почерневшую от кисти до плеча конечность. Попытка согнуть пальцы отозвалась тупой, вибрирующей болью где-то у ключицы. Идти к белому лучу на горизонте в таком состоянии равнялось самоубийству. Пустоши Дна не прощали слабости, и однорукий путник рисковал добраться до света разве что по частям в желудках местных тварей.

Внутри Чернильницы за пазухой тяжело вздохнул Гу Лань. Духовное чутье старца уже проскользнуло по поврежденным руслам ученика.

«Застывший прах, — вынес вердикт Владыка Звездного Предела. — Ты вложил в Единую Черту слишком много силы, и остаточная начертанная ци запеклась на стенках твоих меридианов. Она закупорила каналы жесткой коркой. Попытаешься выбить ее потоком свежей энергии — и твоя собственная рука оторвется к демонам. Плоть просто разорвет давлением».

Пока древний дух объяснял, что случилось с рукой, Ши Эр бесшумно подобралась вплотную. Девочка уселась на корточки, придвинула личико к почерневшему предплечью и шумно втянула воздух. Ее серые глаза вдруг расширились, а на лице появилось выражение невероятно жадного интереса.

Начертатель мгновенно узнал этот взгляд. Точно так же малявка смотрела на приготовленные им атакующие талисманы перед тем, как с хрустом сожрать их.

Понимание того, как именно она собирается лечить его руку, прошило Мина ледяной иглой. Но он не успел даже отдернуть ее.

Девятая Пасть Пожирателя Звезд распахнула рот и осторожно, почти бережно прикусила его указательный палец.

Никаких рваных ран или прокушенной кожи не последовало. Вместо физического укуса Ши Эр впилась зубами прямо в закупорившую каналы энергию. Девочка с шумом втянула щеки, заработав крошечными челюстями.

— Кххх! — Мин судорожно дернулся, с размаху впечатав затылок в холодный камень.

Ощущения многократно превзошли самую худшую пытку в Кипящих Каньонах. Запекшуюся корку древнего начертания тянули сквозь все узлы плеча, предплечья и кисти. Начертателю показалось, что из его костей медленно, палец за пальцем вытягивают толстую раскаленную проволоку. Каждый нерв в теле завыл. Мышцы свело дикой судорогой, на лбу мгновенно выступил крупный холодный пот, но юноша лишь до скрежета стиснул челюсти, подавив готовый вырваться крик.

Ши Эр усердно поглощала то, что так мешало Мину. Девочка щурилась и старательно выбирала застрявшую ци из самых глубоких ответвлений фрактального контура.

Когда невидимая пытка наконец прекратилась, она с громким хлопком разжала губы и довольно облизнулась.

— Папина рука вкусная, — выдала Ши Эр и широко улыбнулась.

Вымотанный до предела Мин опустил взгляд. Русла внутри конечности полностью очистились от застоявшейся дряни. Меридианы теперь напоминали высохшие, опустевшие реки: они были опасно хрупкими, но полностью проходимыми.

Ши Эр