То, что делает меня - Ида Мартин

Тот урок она, как обычно, начала с того, какие мы бестолковые и как ей стыдно за наше поколение, а потом объявила результаты теста, который писали на прошлом уроке.

Пятерки получили только трое, остальные – двойки и тройки. Одна пятерка у Соломина. Кто бы сомневался. Вторая у Ярова, тут тоже без вопросов, а третий листок подписан не был.

Химоза думала, что это работа Шумейко – девочки-ботанички, но, как выяснилось, она болела и тест вообще не писала. Сталина пустила работу по рядам в расчете найти хозяина, и он вскоре нашелся.

– Это мой, – сказал Тифон, относя листок обратно ей на стол. – Простите, не подписал.

– Глупые шутки, Трифонов, – фыркнула она. – Ладно, спрошу в одиннадцатом «Б».

– Это моя работа, – более настойчиво повторил Трифонов.

– Ну что ты выдумываешь?

– Хотите, я вам свою тетрадь покажу? Сравните почерк.

Сталина Августовна задумалась, но потом тем же высокомерно-недовольным тоном сказала:

– Значит, ты списал. Все, садись. Даже обсуждать не хочу.

– Это моя работа, и я ничего не списывал, – спокойно, но упрямо ответил Трифонов.

– Сядь, пожалуйста, на место! Эту оценку я тебе засчитать не могу.

Тифон молча вернулся за свою парту.

– А почему это Соломин не списал, а Трифонов списал? – вдруг возмутилась Зоя.

– Да, – поддержал ее Леха. – Или Яров, может, списал.

– Соломин и Яров списать не могли, – безапелляционно откликнулась химоза.

– Это несправедливо, Сталина Августовна! – продолжал качать права Леха.

– Так можно любого обвинить, – подхватила Зоя.

– Миронова, сейчас же замолчи, тебя это не касается.

– Это касается нас всех, – Леха перешел в наступление. – Всего класса. Мы, между прочим, живем в демократической стране, и законы должны быть для всех одинаковые. Если вы считаете, что Трифонов все списал, то и этим двоим не должны засчитывать оценку.

По классу прокатился одобрительный ропот.

– А вы их проверьте, – бездумно предложил я. – Пусть каждый докажет, что не списывал.

Яров резко развернулся ко мне и так посмотрел, что я тут же примолк, но идея народу понравилась.

– Правильно, – крикнула Попова. – Пусть еще раз напишут, и все сразу будет понятно.

Сталина Августовна поднялась из-за стола и застыла в задумчивости.

– А что? Мне нравится, – наконец проговорила она. – Устроим такое маленькое соревнование. Этакий, как вы говорите, баттл. Точно! Химический баттл. Тот, кто разбирается в химии, закрепит свои знания, а кто нет – сразу будет выведен на чистую воду. Что скажешь, Трифонов?

– Я всегда за любой баттл.

– А я не хочу тратить свое время из-за того, что какой-то тупезень забыл подписать листок, – возмутился Яров.

– Все-все, Ярослав, я уже решила, не сопротивляйся, – химичка прямо загорелась этой идеей. – Сейчас схожу, принесу вам разные варианты.

– Мы с Соломиным писать не будем.

– Я могу, – удивленно вскинулся Дятел. – Мне несложно.

– Ты чего, совсем себя не уважаешь? С какой стати переписывать?

Но химичка, погрозив всем пальцем, чтоб сидели тихо, уже скрылась за дверью.

Яров подошел к парте Дятла и оперся о нее обеими руками.

– Послушай, не нужен нам с тобой этот тест. Я не готовился, ты тоже.

– Да она же простая, эта контрольная, – упирался Дятел. – Уверен, ты с ней без подготовки справишься. Делов-то. А Сталине Августовне приятно будет.

– А хочешь, я тебе сникерс куплю или даже два? – предложил Ярослав.

– Я люблю шоколад, – тон Дятла мог вывести кого угодно. – Но я уже согласился на баттл.

– А теперь скажешь, что передумал.

И тут вдруг дверь класса приоткрылась, и нарисовалась Нинка.

– Ярослав, почему ты не хочешь писать тест? – строго, но с улыбкой в голосе поинтересовалась она.

Все, особенно Яров, застыли в недоумении.

– Откуда такая инфа?

– В Инсте видос крутят, – Нина театрально повела плечами, явно выпендриваясь перед нашим классом.

– Кто снимает? – Яров прошел по рядам и посмотрел на каждую парту. – Емельянова, ты?

– У меня телефон в рюкзаке.

– Криворотов? – развернулся он к Лехе.

– Больно нужно на тебя зарядку тратить.

Яров окинул класс требовательным взглядом и решительно направился к задним партам. С моего места видна была только его спина, но Попова уже успела включить трансляцию в Инстаграме, и мы увидели, как Ярик, горделиво подняв голову и с вызовом глядя в камеру Малыгина, сказал:

– Всем привет! Здорово, что вы с нами, а не на своих скучных уроках. Потому что именно в нашем классе всегда происходит все самое интересное. Вот сейчас, например, здесь с минуты на минуту состоится беспрецедентный в истории школы «химический баттл» между двумя козлами, один из которых полный дурак, а второй редкостный подлец. Ведь, как известно, именно таковыми являются спорящие. Соломин – дурак, а Трифонов подлец или наоборот – вы узнаете в следующий вторник. После проверки их работ. Подписывайтесь на Инсту Малыгина. Всем – мир!

– А ты? – подал голос за кадром Малыгин.

– А я, – Яров ткнул пальцем в камеру, – я буду эти работы проверять.

Картинно развернувшись, он пошел обратно, бросил взгляд на Нину и небрежно махнул ей:

– Все, иди.

– Да, сейчас же иди к себе, – подхватила Зоя. – Сталина вернется, и у всех неприятности будут.

Но только Нина шагнула к двери, как вдруг раздался хриплый голос Трифонова:

– Нин, стой. Какой у вас урок?

– Информатика.

– Тебе по ней ЕГЭ сдавать?

– Нет.

– И чего тогда ты на нее пойдешь? Оставайся.

Нина остановилась и удивленно посмотрела на Тифона. Хоть она и была вредная, но ее янтарные глаза все же были очень красивыми.

– Иди, – велел Яров.

– Не ходи, – одернул Трифонов. – Нечего тебе там делать.

– Нина, кого ты слушаешь? Давай бегом на информатику, – в голосе Ярова послышалось раздражение.

– Оставайся, – снова сказал Тифон.

– Трифонов, прекрати, – Зоя обернулась к нему. – Сталина придет и разорется.

Но тот, развалившись на стуле и скрестив руки, не сводил с Нины глаз:

– Оставайся.

Нина тоже смотрела на него.

– Иди уже! – прикрикнул Яров.

Нина вздрогнула и очнулась:

– Ой, точно. Я же к вам по делу пришла.

И она, прекрасно понимая, что Малыгин все еще снимает, манерно прошествовала к парте Тифона и Криворотова. Подошла со стороны Трифонова, достала из рукава сложенный листок и протянула Лехе.

– Вот, просили тебе передать.

– Юлька? Или Гаврилова? От Гавриловой даже читать не буду. Я ее в ЧС кинул.

Леха с опаской взял записку, но развернуть не успел, потому что дверь класса медленно приоткрылась и сначала послышался голос Сталины Августовны, а затем вплыла и она сама.

Тифон быстро сгреб в охапку Нинку и запихнул на стулья между собой и Криворотовым. Та сдавленно пискнула, но сжалась и пригнула голову к парте. Леха накрыл ее полой пиджака, Тифон расправил плечи, загораживая, а Зоя плотно