То, что делает меня - Ида Мартин
– У вас нет миллиона.
– Будет, не сомневайся.
– Соглашайся, – закивала Яна. – От тебя почти ничего не потребуется. А потом я тебя буду очень сильно любить, честно. Уж если я кого выбираю, то это надолго.
Они опять многозначительно переглянулись.
Вот тут-то я наконец врубился, к чему все идет.
– Слушайте, мы вам помогаем не за деньги и не за какую-то личную выгоду. За это никого специально не обязательно любить. Просто все, что могли, мы уже сделали. Дальше справляйтесь сами.
– Но ты же не можешь просто так взять и бросить нас, – Яна растерянно захлопала глазами.
– Говорила я, что он маленький и ненадежный, – сказала ей Аня, будто меня не было. – Нам Дракон нужен. – Тут она повернулась ко мне: – Что ты хочешь за его телефон?
Такой расчетливый подход разозлил меня:
– Не хотел вам говорить, но раз вы никак не понимаете… Ваш отец… Как его зовут?
– Антон, а что? – насторожилась Аня.
– Он никуда не уехал. Он мертв.
– Что? – Яна вскочила. Казалось, она готова влепить мне пощечину. – Что ты такое говоришь?
– Его нашли на ТЭЦ. Еще месяц назад. Полиция теперь этим делом занимается, – равнодушным тоном выдал я.
У них были такие лица, что впору в Музей восковых фигур отправлять.
– Так я и думала, – тихо произнесла Аня. – Наш отчим – страшный человек.
– Боже, – Яна прикрыла глаза. – Теперь я понимаю, почему ты не хочешь забирать миллион.
– Значит, нам сильно повезло, что папа не сказал ему, где мы находимся.
– Меня больше интересует, что ваш отец делал на ТЭЦ. Его же туда не могли затащить силой. Там через забор нужно лезть. Значит, сам пришел.
Девушки переглянулись.
– Нам нужно все обдумать, – сказала Аня. – Ты иди. Мы потом напишем.
И уже напоследок, возле двери, Яна встала на цыпочки и прошептала мне на ухо, что ее предложение остается в силе.
Я вышел от них еще в большем смятении, чем прежде, но и с немалым облегчением. Ничто так не скрашивает жизнь, как свалившийся с сердца камень. Улица встретила темнотой и сыростью. Я постоял немного на остановке, подождал автобус, замерз и побрел пешком вдоль дороги. Хотелось все как следует обдумать и переварить. Но ничего не вышло, потому что неожиданно позвонил Яров и попросил встретиться с ним в парке.
Глава 15
Яров сидел на спинке лавочки и издалека напоминал призрак: светло-бежевое, почти белое пальто, на голове капюшон, лицо освещено синим светом мобильника, а вокруг густое облако от вэйпа. Но даже в этом мутном голубоватом тумане нетрудно было заметить, какой он расстроенный.
– Видел запись? – Ярик развернул ко мне экран мобильника.
Субботняя драка. Тот, кто снимал, стоял довольно близко, и я снова отчетливо увидел, как Трифонов демонстративно опускает руки.
Под записью куча комментов типа: «Тиф – красавчик» и «Яров – фейковый король».
– Значит, это правда? – Ярик смотрел прямо и требовательно, словно я имел к этой записи непосредственное отношение. – Трифонов, тварь, поддался?
Я кивнул. Что тут еще скажешь?
– Это все, от начала и до конца, было специально, да? Дешевая провокация, на которую я купился? Нина нарочно это сделала? – в голосе звучало огорчение и вместе с ним надежда.
Я пожал плечами.
Белки глаз у Ярика были такие белые и блестящие, что я их видел даже в этой желто-серой темноте. Он выпустил клубящуюся струю пара.
– Я ее чем-то обидел?
– Может, тебе у нее самой спросить?
– Ну уж нет. Она сделала то, что сделала. Просто никак не могу понять, за что. Если собиралась расстаться, почему не сказала прямо?
Он немного помолчал и вдруг попросил:
– Позвони Зое, выясни, что она про это знает.
Такая беспомощная и немного детская просьба. Мне стало его жалко. Вот ведь правда, Нинка дура. Такие, как он, на дороге не валяются.
…Голос у Зои был невеселый, немного охрипший, ей не очень хотелось разговаривать. Я попытался выяснить про Нину, и она просто предложила зайти, поскольку самой Нины дома не было.
Выглядела Зоя неважно: лицо красное и опухшее, явно плакала, волосы всклокочены, как у ведьмы. Из глубины квартиры доносилось душещипательное: «Останусь пеплом на губах, останусь пламенем в глазах…»
Несколько секунд она стояла, потрясенно глядя на Ярова, но затем, как следует разглядев его синяк, улыбнулась.
– Красота неописуемая. Давно я тебя таким не видела.
– Я тебя тоже, – кивнул на ее домашнюю футболку Яров.
– Ну, ради вас я наряжаться точно не собираюсь. Чего вам?
– Можно войти? – спросил Яров.
Зоя тут же напряглась.
– Я не знаю. Это не очень правильно.
– Что неправильно? – резко откликнулся он. – Что ты со мной разговариваешь? У тебя ко мне какие-то претензии?
– Нет, конечно.
– Может, я как-то обидел тебя или твою сестру? – тяжелый взгляд Ярика безжалостно давил, и Зое явно было под ним очень неуютно.
– Нет.
– Значит, я ее не обижал?
– Ярослав, ну хватит, – она встряхнула волосами, пытаясь избавиться от этого давления. – Я-то тут при чем?
– Тогда почему не хочешь нас пустить? Боишься хозяйского гнева?
– Будешь продолжать в том же духе, вообще не стану с тобой разговаривать.
– Интересно, с каких это пор ты настолько перестала себя уважать? – казалось, Яров вот-вот готов выплеснуть всю накопившуюся злость на Зою. – Чего ты так боишься?
– Я не боюсь. Это просто поддержка. Солидарность.
– Слышала бы ты сама себя! Поддержка чего? Непомерного эгоцентризма и самодурства?
– Ты просто злишься из-за вчерашнего, но я не могу ответить тебе ни за Трифонова, ни за Нину.
– Вот отсюда, пожалуйста, поподробнее. Может, объяснишь, в чем ее проблема? – голос Ярова был тверд и холоден как металл. – Я хочу знать, зачем эта стерва – твоя сестра – согласилась на подставу.
– Это не подстава, Ярослав, – Зоя отбивалась из последних сил. – Она сама не понимает, что ей нужно. Маленькая еще. Глупая погоня за популярностью, вот и все.
Неожиданно двери гудящего лифта скрипнули, и на площадке нарисовался дядя Гена собственной персоной. Прямиком направился к Зое и, подтолкнув ее в квартиру, прикрыл за собой дверь, которая не захлопнулась и начала медленно приоткрываться.
Дядя Гена зло тряс Зою