Клуб влюбленных в книги - Маделин Мартин

С того дня, как погиб отец, Эмма не переступала порог библиотеки или книжного магазина. Привычный запах вызвал шок.

Сколько мыслей и чувств разбудил аромат книг, бумаги и типографской краски, пыли, кожи и коленкоровых переплетов… Когда-то этот запах был ее миром. Частичка прошлого, воспоминаний о котором она так старательно избегала, надеясь, что они уснули навсегда.

И вот ее прошлое снова с ней, она взволнована – и рада. Ей захотелось тут же коснуться стройного ряда книжных корешков.

Даже не догадываясь, какие чувства обуревают ее новую сотрудницу, мисс Бейнбридж подошла к одному из двух резных столов с табличкой «Категория Б», достала из шкафа сметку из перьев и протянула ее Эмме.

В комнату решительно вошла симпатичная блондинка – молодость и уверенность в себе шли ей, как иным дамам идут норковые манто.

– А, мисс Эйвори! Познакомьтесь с нашим новым библиотекарем – мисс Тейлор, – сказала мисс Бейнбридж.

Мисс Эйвори подошла не спеша, улыбаясь ярко накрашенными губами. На левой руке у нее поблескивало обручальное колечко с бриллиантом.

– Очень приятно познакомиться, мисс Тейлор. Добро пожаловать! Во всей Англии лучше работы не найти!

– Мисс Эйвори так любит свою работу, что обручена уже полтора года, – заметила мисс Бейнбридж и добавила, подумав: – Пожалуй, это рекорд.

– У нас в библиотеке помолвки обычно тянутся бесконечно, – шепотом добавила мисс Эйвори. – Или литература, или мужчина мечты… – Она подняла руки, изображая чашки весов, и рассмеялась. В ее смехе не было и тени смущения.

– Будьте добры, покажите ей, что тут у нас где, – обратилась мисс Бейнбридж к мисс Эйвори.

– Конечно, – откликнулась та, глядя ей в спину; мисс Бейнбридж уже поспешила прочь.

– Она – сама деловитость, – предупредила мисс Эйвори. – Но на самом деле очень добра.

Эмма кивнула – она уже знала, насколько великодушной может быть ее новая начальница.

Мисс Эйвори выудила из сумочки пудреницу и тюбик помады, подкрасила губы, хотя прежний слой был еще свеж. Впрочем, в мисс Эйвори все было безупречно: сердечком очерченный рот, высокие скулы, блестящие светлые волосы, уложенные модным валиком.

Эмма никогда не использовала косметику и не следовала моде. Возможно, потому что она выросла без матери, но вся эта суета с бесконечным подправлением помады казалось и пустой, и утомительной.

Однако ей не хотелось повторять ошибки школьных лет и упускать шанс сблизиться с коллегой.

– Очень красивый оттенок, мисс Эйвори. – Эмма надеялась, что ее комплимент звучит естественно; самой ей было неловко.

– Называется «Светлячок», – щелкнув пудреницей, сказала та. – Из нашей коллекции номер семь. Только что обновила тюбик – я просто влюблена в этот цвет.

Эмма кивнула. О косметике № 7, которую «Бутс» так активно рекламировал, она знала немного – продукт вроде бы роскошный, но по доступной для среднего класса цене. Но она и помыслить не могла тратить деньги на такую дорогую безделицу.

– И зови меня Маргарет, – сказала мисс Эйвори, убирая сумочку под прилавок. – Сейчас покажу, с чего начать. Пока протираешь книги от пыли, запоминай, где что стоит, чтобы потом вернуть на место.

Остановившись у вазы, она поправила толстые стебли георгинов, одобрительно кивнула и повела Эмму к дальним полкам.

Когда Эмму наконец отпустили с работы, она решила не тратиться на автобус и пойти пешком – так было быстрее.

Весь день она словно кружилась в водовороте экскурсий по библиотеке, инструкций и папок с учебными материалами. Но, несмотря на суету, мысли ее постоянно возвращались к Оливии. Конечно, дочь оставалась одна и раньше. Но не на целый день.

Сердце колотилось как бешеное – Эмма почти бегом вошла в подъезд. Не успела она ступить на лестницу, как дверь в квартиру хозяйки дома распахнулась настежь.

Пожилая женщина придержала дверь ногой, не давая собаке выскользнуть наружу.

Эмма бодро поздоровалась с миссис Пикеринг, искренне надеясь, что та не настроена на беседу. Хозяйка тоже была вдовой – и, как Эмма подозревала, довольно одинокой.

Честно говоря, они, вероятно, были друг для друга самыми близкими людьми: миссис Пикеринг – потому что почти не выходила из дому, кроме как в лавку и прогуляться с собакой; Эмма – потому что вся ее жизнь крутилась вокруг Оливии.

– Не хочу лезть не в свое дело, но я не могла не заметить… – Миссис Пикеринг сжала губы, словно подбирая слова. – Вы ушли сегодня очень рано и возвращаетесь довольно поздно.

Эмма слегка наклонила голову, не зная, как реагировать на такое пристальное внимание к своему распорядку дня.

– А ваша дочь… – Миссис Пикеринг улыбнулась, словно извиняясь. – Она у меня. В квартире.

– Оливия у вас? – Внутри у Эммы все оборвалось. В голове мелькнули десятки вариантов того, как все могло обернуться, останься девочка одна.

– Как она у вас оказалась? – спросила Эмма, изо всех сил стараясь не выдать своего испуга.

– Вас не было дома так долго, я начала беспокоиться. – Миссис Пикеринг опустила голову и, нахмурившись, изучала микроскопическую трещинку в плитке на полу. – Того и гляди, разразится война, и я подумала, может, Оливии страшно быть одной, пусть придет, поиграет немного с Табби. – Беспокойное выражение на ее лице сменилось улыбкой, отчего выцветшие голубые глаза заблестели. – Они так славно набегались сегодня по саду. Оба совершенно вымотались. Оливия сейчас спит у меня на диване. И пока вы не пришли, Табби лежал рядом. Вы бы видели эту парочку! – Миссис Пикеринг весело фыркнула.

Возможно, Эмме следовало бы огорчиться из-за такого вмешательства в ее дела, однако Оливия играла с Табби, а не сидела одна в пустой квартире, и от этой мысли на душе у нее стало немного легче.

– Я недавно поступила на службу, – призналась Эмма. – В «Библиотеку книголюбов» «Бутс» на Пелэм-стрит. Сегодня у меня был первый рабочий день.

У миссис Пикеринг тут же вытянулось лицо.

– Это из-за платы за квартиру?

Эмма покраснела от растерянности.

– Прошу прощения?

Миссис Пикеринг, явно встревоженная, сложила руки на груди.

– Арендная плата для вас чересчур высока?

Честно было бы ответить «да», но в то же время «нет».

Сумма была ничтожна в сравнении с тем, что требовали большинство домовладельцев за площадь вдвое меньше и с общим туалетом на весь дом. И все же даже эта минимальная плата незаметно подъедала сбережения Эммы, и пополнять их было не с чего.

Однако предположение миссис Пикеринг о том, что она не может платить за квартиру, следовало немедленно опровергнуть.

– Вовсе нет! – воскликнула Эмма, сгорая от смущения. – Просто подвернулась возможность поработать, а занятия в