Клуб влюбленных в книги - Маделин Мартин

Ложь отдавала горечью, но правда была куда горше.

Миссис Пикеринг жестом пригласила Эмму зайти. Табби уже не пытался выскочить в открывшуюся дверь, а лежал на диване, уютно примостившись рядом со спящей Оливией. Во сне у девочки раскраснелись щеки, рот она слегка приоткрыла.

В гостиной миссис Пикеринг было очень уютно: вся мебель из полированного красного дерева, а возле шкафа, полного книг, два роскошных кресла, обитых лиловым бархатом. Рядом, на случай химической атаки, расположились наготове специальное укрытие для Табби и коробка с противогазом самой хозяйки. Комната была наполнена едва уловимым ароматом роз, который у Эммы давно связывался с обликом домовладелицы.

Эмма невольно улыбнулась. Оливия уже давно не спала днем. Впрочем, провести целый день в играх на свежем воздухе, как сегодня с Табби, было совершенно не в ее характере. Она держалась особняком и не спешила присоединяться к развлечениям одноклассников. Школа как раз и сделала ее более замкнутой. Все беззаботные радости детства исчезли вскоре после начала занятий, и теперь всюду, кроме дома, она вела себя очень сдержанно. Неприязнь Оливии к школе распространялась и на уроки, что сказывалось на ее оценках, но не ходить в школу было нельзя.

Вслед за миссис Пикеринг Эмма прошла на кухню. Белоснежная мебель и кухонные принадлежности на фоне обоев и занавесок с розочками создавали светлое, радостное настроение. Кухня в квартире Эммы была спланирована почти так же, только стены были выкрашены тускло-желтой краской, а зеленоватый бордюр под потолком напоминал гороховое пюре. И бытовая техника была куда скромнее.

Миссис Пикеринг наполнила чайник.

– Чаю?

– Да, спасибо.

– До начала учебного года, я полагаю, осталось чуть больше двух недель, – начала миссис Пикеринг, снуя по кухне. – Сколько дней в неделю вы будете работать?

Эмма почувствовала, что снова краснеет, словно раскаленное клеймо «Виновна» приложили к тонкой коже щек.

– Пять дней. Выходные в субботу и воскресенье.

– Я могу присмотреть за ней, если хотите. – Миссис Пикеринг достала с полки две изящные фарфоровые чашки. Узор на них совпадал с рисунком на обоях.

Эмма отклонила предложение.

– В этом нет необходимости.

В конце концов, они с Оливией справлялись все эти семь лет без посторонней помощи. И папа всегда самостоятельно присматривал за Эммой. Они с отцом были одной командой, точно так же, как теперь она с Оливией.

Вдвоем против всего мира.

– Для меня это было бы большим одолжением. – Миссис Пикеринг повернулась к Эмме. – Я обожаю Табби, но у него столько энергии! Я просто не выдерживаю. Давно он не был так счастлив, как сегодня, играя с вашей дочерью. А мне, старухе, лучшей компании и желать нельзя.

Миссис Пикеринг жестом остановила готовые вырваться слова возражения.

– Не отвечайте сразу. Подумайте об этом.

На следующее утро, уходя на службу, Эмма оставила Оливии записку, где написала, что она может сходить к миссис Пикеринг, если захочет. Лучше, если решение примет сама Оливия. В конце концов, ее оно касалось в первую очередь.

Обучение в «Библиотеке книголюбов» было куда серьезнее, чем Эмма могла предполагать. Не пара дней – две долгие недели лекций и инструктажа. За это время она узнала, как правильно предлагать советы клиентам класса А, ожидавшим индивидуальных, вдумчивых консультаций, изучила процедуры заказа изданий из других филиалов и складов «Бутс» и многое, многое другое.

Возвращаясь домой, она неизменно заставала Оливию в квартире миссис Пикеринг: девочка либо играла с Табби на полу в гостиной, либо пила лимонад, заедая его свежеиспеченным печеньем или кексом, и аромат выпечки превращал элегантную кухню в кондитерский рай.

Однако Эмма не привыкла получать, ничего не предлагая взамен. В тот день она потратила один пенс на покупку экземпляра руководства «Защита вашего дома от воздушных налетов». Инструкция на тридцати шести страницах содержала перечень мер для предотвращения ущерба.

– Как вы думаете, столько песка хватит? – Миссис Пикеринг стояла, уперев руки в поясницу, и оглядывала чердак, опустевший еще в прошлую пятницу: его пол теперь покрывал толстый слой просеянного песка.

Следуя указаниям руководства, несколько последних дней после возвращения Эммы из клуба они освобождали чердак. Ящики, сундуки и ненужная мебель теперь загромождали некогда аккуратную квартиру миссис Пикеринг.

Как только чердак опустел, они покрыли потертые доски пола слоем песка толщиной в дюйм. Руководство советовало два дюйма, «если пол выдержит его вес», и это примечание заставило обеих призадуматься.

Оливия, улыбаясь, схватила в руки совок.

– Я могу добавить еще. – Она играла в песчаную фею, летая по чердаку и рассыпая песок – он изображал волшебную пыльцу. Теперь в присутствии миссис Пикеринг и Табби она вела себя весело и непосредственно, словно у себя дома. Чем больше времени они проводили вместе, тем крепче становились узы взаимного доверия.

– Больше может быть рискованно, – напомнила Эмма.

Миссис Пикеринг крепко сжала губы и посмотрела на Эмму с беспокойством.

– Думаю, оставим как есть. Я вообще сомневаюсь, что нам понадобятся все эти предосторожности. Уверена, никакой войны не будет и мы потащим письменный стол мистера Пикеринга обратно еще до Рождества.

Эмма притворно застонала, хотя, по правде говоря, она вовсе не рвалась тащить это чудовище из красного дерева обратно. Она чуть не умерла, пока они спустили его с чердака.

Миссис Пикеринг засмеялась сухим, хрипловатым смехом.

– А может, я подыщу ему местечко в квартире.

– Ну, а теперь пора уже пить лимонад? – с надеждой спросила Оливия.

Хотя миссис Пикеринг ничего не была должна Эмме за помощь по подготовке дома к войне, она обещала холодный лимонад после каждого дня их совместных трудов. Самой сложной задачей была очистка угольного подвала под лестницей, который они переоборудовали в бомбоубежище. После возни в грязном подполе все в доме было покрыто тонким слоем несмываемой черной пыли. Эмма до сих пор находила темные разводы по всей квартире. Хороший слой побелки помог привести бывший угольный подвал в приемлемое состояние, но Эмме ни за что не хотелось бы повторить этот опыт.

Зато в случае крайней необходимости это помещение могло послужить временным убежищем. Или, раз уж правительство так настаивало на всех этих приготовлениях, когда придет война.

Несмотря на удушающую жару на чердаке, по рукам Эммы побежали мурашки.

– А теперь мы выпьем лимонада. – Миссис Пикеринг стряхнула застрявшие в седых волосах песчинки. – Оставьте здесь одно из ведер. Мы должны на всякий случай держать песок на каждом этаже.

Она не стала уточнять зачем. Они с Эммой проштудировали «Руководство» от корки до корки. В случае бомбежки пострадают многие, и спасательные службы, в которых не так уж много людей, будут перегружены. Жителям Ноттингема придется